Патрициана

– Вот я и знаю, что дарить тебе на день рождения, – пропела гетера из-за плеча.

– Пусть рабы выйдут.

Лемера кивнула слугам – исполнять.

Велена подошла к дыбе и сверху вниз посмотрела на пленника.

– Он опасен?

– Говорят, что да.

– Отвяжи его и осмотри руку, – приказала Велена хрипло.

Лемера вздёрнула гордую бровь.

– Ну, Велена, я тебя люблю, но всему есть предел.

Велена не смотрела на неё. Она зачарованно разглядывала новую игрушку.

– Тогда позови лекаря. Вариуса.

Лемера пожала плечами.

– Ладно, чего ещё от тебя ждать, – буркнула она обиженно и собралась уходить.

Уже у самой двери гетера услышала за спиной очень тихое:

– Спасибо.

Глава 5. Раб

Оставшись наедине с рабом, Велена осторожно коснулась пальцами лба гладиатора. Проведя ладонью по впалым рёбрам крылатого, по предплечьям и локтям, она добралась до верёвок и стала неторопливо развязывать их. Потом замерла на секунду. Взгляд её упал на окровавленную тряпку, перетягивавшую торс пленника.

Крылатый не шевелился.

– Можешь встать, – приказала Хейд.

Крылатый напряг мышцы, но ни руки, ни ноги не слушались. У него получилось лишь слегка повернуть голову в сторону патрицианы. На губах гладиатора играла безумная улыбка.

– Энтари… если б я мог встать… ты бы там не стояла.

– Плохое начало для знакомства. Мне кажется, ты не очень общителен.

Улыбка стала шире. Велена увидела в трещинках на его губах капли крови.

Она снова подошла к пленнику и принялась развязывать верёвки на ногах.

– За что тебя так спеленали?

– Придумай сама.

– Видимо, пытался бежать?

Норен не отвечал. Он сконцентрировался на том, чтобы сесть.

– Ты – крылатый, я права? – задала Велена следующий вопрос.

Норен молча кивнул.

– Обычно крылатые не умеют драться. Крылатого-воина я вижу впервые.

– Рад, что удивил тебя, – сухо ответил Норен и, не вставая, изобразил полупоклон.

– Покажи мне крылья. Хочу рассмотреть своё имущество, – сказала Велена, слегка отодвигаясь, предоставляя рабу немного пространства.

Она слегка кривила душой: за то недолгое время, что провела на войне, Велена видела крылатых-бойцов. В основном плохих. Но были и другие. Те, чьи крылья черны. Кто становился продолжением своих клинков.

Взгляд крылатого стал злым.

– Я не открываю их при чужих, – заявление слегка вывело Велену из себя.

Несколько секунд патрициана смотрела на своё приобретение, удивлённо приподняв брови.