Патрициана

Затем плавно и неторопливо, как ленивая дикая кошка, приподнялась на подушках и провела рукой по растрёпанным волосам. Норен заметил, что Велена одета точно так же, как и он, по-мужски – в одну только свободную батистовую сорочку и кожаные брюки, только её штаны были чёрными и поношены чуть меньше. Лицо патрицианы выглядело скорее усталым, чем невыспавшимся.

Она встала и подошла к столу. Норен увидел, что стол ломится от яств и накрыт на двоих.

– Лемера сегодня не пришла, – сказала патрициана медленно. Она прикрыла глаза и отвернулась от стола.

Велену мутило. Ей вполне хватило долгого рабочего дня и вечера в обществе Юстиниана, чтобы чувствовать себя вымотанной и разбитой. Никакие крылатые сейчас были ей не нужны. Она уже не знала, зачем решила купить этого гладиатора и что собирается с ним делать. И, самое главное, Велена не хотела думать об этом прямо сейчас.

И в то же время мысль о том, что остаток этого долгого осеннего вечера она проведёт в одиночестве, пробуждала в патрициане неясную тоску.

– Садись, – сказала она, кивая Норэну на один из стульев.

Норен посмотрел на стол, уставленный блюдами с мясом, рыбой, свежими и маринованными овощами. Он не помнил, когда видел еду последний раз, но прекрасно понимал, что тем осторожнее нужно быть. Один вид всех этих яств – красиво сервированных и лежащих на столе, не в пример всему тому, что он ел последние годы, – вызывал у него едва сдерживаемое желание наброситься на это всё, не дожидаясь разрешения Велены. И всё же Норен лишь расставил пошире ноги, скрестил руки на груди и спросил:

– Предполагается, что я буду тебя развлекать? – спросил он.

– Предполагается… – медленно и задумчиво повторила патрициана, а затем произошло то, чего Норен ждал с того момента, как вошёл в комнату.

Велена молниеносно подхватила кнут, брошенный валяться на кресле, и ударила им туда, где должен был стоять Норен.

Только потому, что крылатый ждал этого с самого начала, он успел отскочить и, перекувырнувшись, оказаться около стола.

Он схватил нож, лежавший около тарелки Велены, и, зигзагами уходя от ударов кнута, следовавшими один за другим, в три скачка оказался около патрицианы. Если бы его левая рука работала чуть лучше, чем никак, возможно, он бы выбил ею кнут из рук хозяйки и всадил нож в открытое в разрезе рубахи горло. Однако вместо этого Норен обнаружил, что, и без того отбросив кнут в сторону, Велена перехватила его удар, а свободной рукой развернула его спиной к себе.