Три желания, или Дневник Варвары Лгуновой

Старыми, любимыми, проверенными не одной депрессией.

«Имитатор» с Уивер, «Игра» с Дугласом или «Сердцеедки» снова с Уивер?

Как в детстве, Эники-беники ели вареники…

Вышла «Игра».

***

Десять минут фильма, и в комнату со стуком заглянул Дэн.

– Да?

Сенечка, внаглую перебравшийся мне на живот, лениво открыл один глаз и чуть повернул голову.

Дэн же неожиданно спросил:

– С тобой можно?

Однако…

Я растерянно пожала плечами и спросила не менее растерянно:

– «Игру» с Дугласом смотрел?

– Нет.

Он подошел ближе, хмыкнул уже привычно, глядя на стоящий на импровизированном из подушек столе ноутбук, и рядом, скрестив по-турецки ноги, уселся.

– А как же биология? – я поддела, спросила, когда Николас ван Ортон прощался с женой, и покосилась на Дэна.

Улыбнулась.

Отвернулась, потому что моему соседу совсем не надо знать, что я рада тому, что он тут, пришёл, и тому, что я не одна. Это ведь очень важно, чтобы было с кем разделить тоскливый вечер и паршивое настроение.

– Достала. Там экология одна осталась, – даже в полумраке, при свете одного ноутбука было видно, как он болезненно поморщился, скривился. – Надо отдохнуть.

– Тогда отдыхай, – я согласилась и, потянувшись, перемотала на самое начало. – Смотри, я всё равно сто раз видела и ещё раз мне не надоест. Тут финал классный, ни за что не догадаешься! Но смотреть надо внимательно и с первой же минуты…

***

Оказалось, что с Дэном весело.

Интересно смотреть вдвоем.

Мы спорили о сюжете и героях, постоянно ставили на паузу, чтобы очередное предположение о том, что будет дальше, выдвинуть, заключали пари на щелбаны.

И смущения, что я всё это уже видела и знаю, не пришло.

Мы первый раз за всё наше недельное знакомство общались, смеялись, переругивались без настоящей ругани. Мы впервые говорили о чём-то большем, чем привычное и официальное привет-пока-ужин-обед-в-холодильнике-меня-сегодня-не-будет.

И… я не запомнила, когда заснула окончательно.

Надежное.

8 июня

– Варя?

– М-м-м?

– Варвара, вы меня слышите?

– Угу, – я, медленно разлепляя ресницы, подтвердила неохотно.

Зажмурилась тут же быстро, и свободной рукой глаза для надежности прикрыла. Солнечный свет, ослепивший враз и до слёз, скорости этому придал неплохо, разбудил куда лучше, чем звонок.

И птички.