Песнь мятежной любви

Глупое безрассудство – все эти амбиции.

– Что будешь пить, Майя? – спросил Влад.

– Что угодно, без разницы. Ты же меня знаешь, я не привередливая.

– Спирт? Самогон? Борматуха? – над ухом раздался скрипучий смех Антона.

– А где наша не пропадала, – я поддержала, но меня рассмешил его голос, а не шутка.

– Вот ещё предлагать всякую фигню даме, – я поймала взгляд Александра. – Как кот Бегемот сказал: разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!

Я улыбнулась и пожала плечами, не ожидая роскоши.

Соглашусь на то, что будет, без выпендрёжа. Но приятно удивилась, когда Саша поставил передо мной рюмку с чёрной жидкостью, – во-первых, он галантно обслужил меня первой, а во-вторых, алкоголь пах шоколадом.

– Что это? – я интенсивно принюхалась.

– Чёрный ром. Попробуй, у него интересный вкус, – подмигнул мне Саша. – Антон, смешать тебе коктейль?

Коктейль? Вот уж не думала, что этот упырь пьёт коктейли, по его виду можно сказать, что водка – его лучший друг.

С другой стороны, чего я привязалась к человеку? Подумаешь, природа прикололась. У него, вероятно, и девушка есть.

Девушка. Я снова бросила взгляд на Родиона. Тот увлечённо что-то рассказывал Марсу и смеялся, запрокинув голову. Из-за быстроты речи я не разбирала слов, до меня долетал только его щекочущий голос.

Воспользовавшись, что он отвлечён на друга, я задержала на нём взгляд дольше обычного. Сняв куртку, парень снова остался в покоцанной майке, в дырах которой просвечивало тощее тело.

Острое колено, закинутой на бедро ноги, торчало из разорванных брюк. Тонкая изящная рука покоилась на голени.

– Род, твой джин-тоник, – позвал его Саша, и Родион живо обернулся на предложенную выпивку, медленно распутался: убрал руку с ноги, потом ногу с ноги, провёл ладонью по волосам и поднялся.

Он приблизился к стойке и облокотился на край. Саша откатил ему широкий стакан, и Родион легко и грациозно его поймал. Кубики льда плавали внутри, позвякивая о стенки.

От тепла тонких длинных пальцев стекло тут же запотело.

Парень не ушёл, оставшись стоять возле Антона, по левую руку от меня. Не рядом, но на непростительно короткой дистанции. А я оплошала – снова посмотрела на него. Сейчас из-за опасной близости этого делать не следовало, но я не устояла.

За что жестоко поплатилась – Родион поймал мой взгляд. Я чуть не зарычала от досады, ибо не смогла в ту же секунду отвернуться и напустить на себя равнодушный вид.