Песнь мятежной любви

Снова деликатность? Или ответ на пренебрежение? Я чувствовала себя поганкой, портящей суп. Глупая Майя. Не смотри больше на Родиона! Пусть висит себе на подлокотнике, тебе какое дело!

Саша убрал ногу с колена и случайно пнул пустую бутылку, стоящую возле ножки дивана. Позвякивая, та покатилась по паркетному полу.

– Эта откуда ещё? – удивился он.

– А ты святой, что ли, удивляться пустой таре, – Антон раскинул длинные грабли и задел моё плечо.

– И то верно, – хмыкнул басист и поднялся с такой лёгкостью, точно и не выпил полбутылки рома.

Танцующей походкой направился в бар, на ходу подкидывая катящуюся бутылку в ведро. – Вот твоё место, нечего прятаться под диваном.

– Род, ты сейчас свалишься на меня или обольёшь джином, – пожаловался Марс, над головой которого разлёгся Родион.

– Не свалюсь, – отозвался тот. – И стакан держу крепко. Это у тебя руки дрожат.

– Ну и пусть, – Марс посмотрел на него мутным взглядом, – не я же лежу на спинке дивана у тебя над башкой. Тебя надо отсюда выкурить, – он пихнул локтём ногу друга, из-за чего тот едва не потерял равновесие.

 – Вот, видишь? Из-за тебя я нервничаю.

Я прыснула. Нервничающий Марс – картина маслом. Тот ещё непоседа – начал страдать ерундой! Пока не пытался спихнуть Родиона, тот никому не мешал.

– Марс, ты просто сам сиди спокойно, – сказал Женя, и я была согласна.

Но тот снова обернулся, оценивая шаткое положение вокалиста, и вынес вердикт:

– Кыш отсюда, это не жёрдочка. Вон же, на диване свободно.

– Сашка потеряет место, – загоготал Антон.

– Да ниче, – тот в это время рылся на полках стеллажа. – Род, располагайся, я пока не сяду. Ищу кое-что.

– Иди, давай, – Марс снова пихнул Родиона, уже принявшего вертикальное положение.

Радостным тот не выглядел. Ещё бы – выгнали, когда сидел спокойно.

Но только Родион двинулся к дивану, меня как бейсбольной битой огрели. Саша сидел рядом со мной, и как я упустила? Засмотрелась на их комедию с перестановкой, театр да и только.

Но заметь я раньше, и что? Возмутилась бы и запротестовала? Я живенько перебрала в голове аргументы, и не нашла ни одного веского против!

Значит, судьба. Когда Антон освободил стул, Саша спас меня от нежелательного соседства, и сейчас он же подвёл меня к нему. Наша жизнь – череда случайностей. Но я протестую! Не хочу, чтобы Родион сидел рядом, касался меня худым бедром или обнажённым плечом. Одно дело – смотреть издали, и другое – чувствовать рядом.