Яд внутри

Речь Суло очаровывала, ничто в мире не интересовало сейчас Энви сильнее его голоса. Она слышала его историю из первых уст и постигала её по-новому.

Как всегда парня унесло от основной темы в размышления и невиданные уголки Вселенского сознания.

– В детстве я часто пропадал на станции и всегда испытывал особую страсть к поездам, стуку колёс, идеально ровным и гладким, никогда не пересекающимся рельсам. Когда я смотрел на них, то воображал, что внутри по прихоти злого колдуна заключены души двух возлюбленных.

– Так грустно, – не сдержалась Энви. Её бурное воображение яркими красками нарисовало картину, и выдуманная история любви наполнила сердце печалью. – Стой! Так это же… твоя песня! Сейчас-сейчас, – она задумалась, чтобы поточнее вспомнить.

Илмари посмотрел на неё с любопытством.

– «Злою участью заперты в тесных темницах,

А сердце пламенно внутри холодного металла,

Чуть гляну на тебя – и слёзы на моих ресницах,

И не коснуться, не обнять, лишь ждать конца или начала…» – процитировала она, и глаза парня наполнились теплом и плёнкой слез, ибо девушка повторила строки его песни слово в слово и наполнила их чувствами, которыми он сам испытывал, когда сочинял их.

– Я раньше не понимала, что ты хотел сказать, а теперь… – во взгляде Энви искрилось восхищение, – надо же – души, заключённые в рельсах! Я думала, металл – это метафора, а вон оно как на самом деле!

Суло усмехнулся и опустил взгляд.

– Вижу, моя группа действительно хорошо известна в ваше время, – проговорил он печально, и девушка не рискнула сказать, что слова его песен много значат именно для неё. Конечно, ему грустно: группы больше нет, и он не попал на пик собственной славы.

Энви промолчала, и они прошли по малолюдной улочке на площадь Ка?ллио – центрального района Хельсинки. Энви собралась пересечь её, когда заметила, что Илмари не идёт за ней. Он остановился и во все глаза смотрел на здания.

«Ах, да! Он же видит всё это впервые», – она вернулась.

– Что это за круглое здание? Такое большое и красивое! Как много стекла и окон! – воскликнул Илмари.

– Банк… – едва успела ответить Энви, как он затараторил снова:

– Какие витрины и вывески! Всё такое яркое, красочное, чёткое! – он вертелся на месте как юла. – А какие машины! Совсем незнакомые модели, сверкающие, обтекаемые, с узкими фарами. Мне кажется, я не узнаю даже деревья.