Лови момент

Создавалась иллюзия уединения во время сна. Потому что в другое время лежать тут не хотелось – одолевала клаустрофобия.

Здесь же обнаружился Семён – спокойный и вдумчивый ударник группы, который всегда играл на своём инструменте как в последний раз. Так он давал выход горячим эмоциям, предпочитая остальную часть времени оставаться флегматичным и невосприимчивым. Сейчас же светловолосый парень аккуратно стучался в следующую дверь.

– Юля-я-я, – как-то вкрадчиво произнёс он, – давай выходи уже, пожалуйста.

– Что? – послужило ему ответом.

– Юль, мне нужно попасть в туалет! – кипятился внутри Семён, но снаружи оставался спокойным как водная гладь в полный штиль.

– Я теб-я-я не слышу, – пропела девушка, по ту сторону двери слышалось неразборчивое шипение воздуха и звук бегущей воды.

– Выключи фен и услышишь, – чуть повысил он голос, потирая при этом центр лба. – Ты там уже пятнадцать минут, если не больше.

– Что ты там бубнишь под дверью, сладкий? – не унималась Белинская. – Потерпи ещё пару минуточек.

– Ты говорила то же самое пятью минутами ранее, – нахмурился ударник и снова стукнул рукой по коричневой лакированной двери. Даже это у него вышло деликатно.

Здесь вообще все поверхности сугубо лакированные, идеально гладкие и блестящие (включая стены). И в каждой из них можно было разглядеть своё искривлённое отражение. Я потянулась к третьему ярусу, к своей постели, пытаясь нащупать там спортивные штаны и тёплые носки.

– Снова оккупировала территорию? – обратилась я к пригорюнившемуся Семёну.

– Волосы сушит, – он закатил глаза и поморщился. – Зачем только ей укладка в автобусе?

– Женьку соблазнять.

– Да этого чудика достаточно пальчиком поманить и он уже соблазнённый.

– Я, вообще-то, всё слышу! – прикрикнула Юлька.

– Это ты слышишь, а мои мольбы нет? – рассердился ударник и подёргал ручку. – Юль, ты и так красивая, но если не выйдешь, то мне придётся выломать эту дверь к чертям и ты при этом непременно пострадаешь!

– Минуточку.

Семён вздохнул и привалился к стене, со стойкостью оловянного солдатика дожидаясь, когда же освободится заветная комната.

– Ай белив Ай кен флай, – неожиданно запела Юля, произнося слова с ужасным русским акцентом, хотя голос у неё был приятным, – Ай белив Ай кен точ ве скай[3]…

– Хах, она походу издевается над тобой, – поведала я парню.

– Она так мстит мне за съеденное мороженое, – он прищурился и посмотрел на меня, – только вот я его и пальцем не тронул.