Ковчег

Я убила девочку, которую звали бы Анита. Уверена, что у неё были бы именно такие волосы.

Живот охватило огнём. Саманта бежала ко мне. Чёртова Саманта… Спасибо…

– Живи, — прошептала я…»

– Живи! – вскрикнула я вместе с Карен, планшет погас. Я не могла успокоиться, слёзы катились ручьями. Лежала в темноте опустевшая, мысли вытекли со слезами. Стиратели явились примерно через два часа, проверили пульс, посветили в глаза. Их удовлетворили слёзы.

– Комендантский час уже действует. Мы можем проводить тебя для вечерних гигиенических процедур.

– Отведите меня в отсек, если позволено.

Ноги не слушались. Планшет нёс один из стражей. Я не могла понять Карен, не могла понять мира, что мне открывался. Кто же впихнул эту папку в мой планшет? И отмеряет, что мне узнать.

В спальне я завернулась в покрывало с головой, давясь плачем. Кто-то ещё всхлипывал в темноте, мы все здесь были, как Карен, одинокие и балансирующие на краю смерти. Я почти уснула, когда чужие всхлипы приблизились.

– Верни, – Кью сдёрнула с меня покрывало, села на край кровати. Зелёный свет от ночного освещения придавал ей болезненный вид. – Прости меня и верни!

– О чём ты? – я потёрла глаза, ни к чему ей видеть мою слабость.

– Я не могу, – она закрыла рот рукой и снова всхлипнула.

– Кью, что случилось? Я после карцера совсем без сил. Чего ты хочешь?

– Я не могу. Я знаю, это ты сделала. Верни.

– Кью…

Кью приблизилась ко мне, нос к носу.

– Твоя Магда мечтает о платье в цветочек, держится за эту мысль и поэтому до сих пор жива, – Кью указала пальцем вверх, имея в виду лабораторию.

 – Демон, он хочет кого-то побить, прямо сейчас, неважно кого. Святая Эн боится обмочиться каждый раз при входе в пирамиду, сейчас лежит и думает об этом. Та вот хочет к мамочке, – Кью тыкнула пальцем в полумрак, – всё пытается понять, что же она сделала не так. Вот ту изнасиловал Стиратель, потому что их ограничивают в связях так же, как и нас, а у него кровь кипит, он так об этом думает. Пока ты прохлаждалась в карцере, он обещал выбить ей глаз, если она станет кричать. Наш занудный учитель мечтает о личной встрече с Лидером. Он нас ненавидит, хочет выхватить у Стирателей оружие и убить тупых детей. И все они, – Кью опять ткнула в темноту спальни, – боятся, что не смогут выдать результат.

– Зачем ты мне это говоришь? – я пыталась отстраниться от Кью, но она подвигалась ко мне.

Губы ее дрожали.