Черные орхидеи

Дилл перестал двигать плечом:

– Мертв?! Мертв!

Он бросился вперед и исчез в толпе.

– Вы говорили, его хватил удар. – Хьюитт осуждающе уставился на меня. – Как это – он мертв? От чего он умер?

– Оттого, что перестал дышать.

– Арчи, – произнес Вулф своим самым отвратительным тоном, – прекрати! Я уже час назад просил тебя взять эти растения. Возьми их и отвези меня домой.

– Да, сэр. – Я взял горшки. – Но я пока не могу уехать. Я ищу…

– Господи боже! – воскликнул Хьюитт. – Вот же несчастье… Бедный Дилл… Я должен увидеть… Извините… – И он прошествовал к главной лестнице.

В этот момент я увидел некий объект, который отчасти и ожидал увидеть. Краем глаза я заметил серое пальто с беличьим воротником, его обладательница явилась откуда-то с другой стороны и тут же растворилась в толпе. Поставив горшки на пол возле розария, я ринулся за ней, прежде чем Вулф успел хоть что-то сказать. Мне было все равно, если это его задело. Так ему и надо после его унизительного выступления перед Хьюиттом! Однако я все-таки оглянулся посмотреть, не метнул ли он в меня чем-нибудь.

Его лицо было багрового цвета. Держу пари, он уже сбросил сегодня не меньше десяти фунтов.

Я обошел толпу и ввинтился в нее с другой стороны. Через минуту я увидел, как та девушка протискивается вперед. Я не хотел привлекать к себе внимание, поэтому непринужденно последовал за ней и скоро оказался прямо у нее за спиной. Голубую кожаную сумочку она держала под мышкой, прижимая ее правой рукой. Перекинув пальто Вулфа через свою правую руку, я под его прикрытием ухватился за край сумочки и легонько потянул.

Сумочка поддалась, а ее хозяйка была так увлечена высматриванием чего-то или кого-то в толпе, что не заметила, как ее сумочка выскользнула у нее из-под руки и укрылась под пальто Вулфа. Я держал девушку в поле зрения, отступая назад и по дороге рассыпаясь в извинениях перед любителями цветов. Оказавшись наконец вне поля зрения любопытных, я повернул к лестнице.

Желанное уединение я обрел за пять центов в мужском туалете на втором этаже, уселся там и открыл сумочку.

На ней была монограмма «РЛ». Внутри, как обычно, носовой платок, пудреница, кошелек и прочая ерунда. Нашлось и то, ради чего я старался: ее имя и адрес, они были написаны на конверте: Мисс Роуз Лэшер, Морроу-стрит, 326, Нью-Йорк. Это совпадало с инициалами «РЛ» на сумке. Я переписал все в свой блокнот. Письмо было от какой-то Элли, которая объясняла, почему не вернула два доллара.