Игра в пятнашки

В ближайшем будущем я видел лишь одно возможное применение для моего времени и способностей: найти душителя, к которому я отправил Присциллу на такси, и упаковать его для отсылки по надлежащему адресу с чьей-либо помощью или без оной. Я вовсе не тешил себя мечтой проскакать по Бродвею на белом коне с головой врага, насаженной на копье. Я всего лишь хотел схватить сукиного сына или хотя бы этому посодействовать.

Мысль о содействии заставила меня задуматься. Можно было отправиться к инспектору Кремеру, объяснить свою проблему и пообещать беспрекословно подчиняться приказам, если он возьмет меня в качестве специального агента для расследования этого дела.

Подобный вариант меня бы вполне устроил, если бы не одно обстоятельство: некоторые приказы наверняка будут исходить от Роуклиффа. А в моих глазах никакая цель не может оправдать того, кто готов следовать указаниям этого типа. Пришлось отбросить мысль о содействии. Что дальше? Если я отправлюсь в квартиру Присциллы, меня попросту туда не пустят. Если найду Перри Хелмара – при условии, что мне это вообще удастся, – он даже разговаривать со мной не будет. Нужно отыскать какую-то лазейку.

Покончив с коктейлем и запив его стаканом воды, я направился к телефонной будке, набрал номер «Газетт» и попросил соединить меня с Лоном Коэном.

– Во-первых, – заявил я ему, – звоню по собственной инициативе. Ниро Вулф в деле не участвует и нисколько им не интересуется. Имея это в виду, будь так любезен, выложи мне все факты, подозрения и слухи, прямо или косвенно связанные с мисс Присциллой Идз и ее убийством.

– Газета стоит пять центов, приятель. Я занят.

– Я тоже. И не могу ждать газеты. У нее остались родственники?

– В Нью-Йорке никого, насколько нам известно. В Калифорнии есть пара тетушек.

– Ухватились за какую-нибудь ниточку, которую ты можешь упомянуть по телефону?

– И да и нет. Ничего особенного. Тебе известно о завещании ее отца?

– Я вообще ничего не знаю.

– Ее мать умерла, когда она была еще младенцем, а отец – когда ей шел шестнадцатый год. Деньги и ценные бумаги, которые он ей оставил, – ну, еще и страховка – не особо впечатляют. Однако он учредил попечительство над солидным пакетом – девяносто процентов – акций корпорации «Софтдаун», производящей полотенца и прочий текстиль. Это бизнес ценой в десять миллионов долларов. Опекуном был назначен друг и адвокат отца Перри Хелмар.