Окончательный вывод

В тот день в вазе красовалась Miltonia vexillaria, собственноручно принесенная Вулфом из оранжереи в одиннадцать утра.

– Хм… – протянул он. – Я лишь проверял одно предположение.

– И как успехи?

– Неплохо. – Он раскрыл книгу и повернулся ко мне широченной спиной.

Если у меня имелись собственные предположения, проверять их предстояло самостоятельно. Посетитель должен был пожаловать в течение десяти минут, а Вулф всегда утверждал, что после еды для пищеварения нет ничего лучше книги, поскольку она заполняет разум, но не затрагивает желудок; и сейчас он твердо намеревался воспользоваться этим правилом.

Четверть часа спустя – большую часть этого времени я потратил на изучение письма похитителя, изредка косясь на пишущую машинку, – прозвенел дверной звонок. Я пошел открывать, вернулся в кабинет с посетительницей, объявил ее имя и усадил в красное кожаное кресло. Вулф не отрывался от книги, пока я не сел за свой стол; только тогда он заложил страницу, соизволил обратить внимание на гостью и спросил:

– Вы умелый секретарь, мисс Атли?

Ее глаза чуть расширились от изумления, потом она улыбнулась.

Если она и плакала за компанию со своей нанимательницей, то по лицу этого было не заметно. На вид я дал бы ей лет тридцать, но, возможно, на самом деле она на пару лет моложе.

– Я оправдываю свое жалованье, мистер Вулф.

Холодный взгляд, холодная улыбка, холодный тон. С некоторыми ледышками помогает, если слегка растопить их лед и посмотреть, что получится, – бывает любопытно, кстати, – но с другими сразу становится ясно, что ледяная корка у них очень толстая.

Дина Атли была из вторых. При этом вполне себе красотка – личико привлекательное, фигурка ладная.

Вулф пристально ее оглядел:

– Не сомневаюсь. Как вы знаете, миссис Вейл звонила вам отсюда. Я слышал, как она наставляла вас не делиться со мной содержанием вчерашней телефонной беседы с мистером Нэппом. Но разрешите напомнить, что ей сейчас непросто рассуждать здраво. Быть может, вы полагаете иначе.

Что скажете?

– Нет. – Опять этот холодный тон. – Она моя нанимательница.

– Тогда я не стану вас изводить. Вы постоянно открываете почту миссис Вейл?

– Да.

– Все письма, которые приходят на ее имя?

– Да.

– Сколько писем было во вчерашней утренней почте?

– Не считала. Может, десятка два.

– Конверт вот с этим письмом – вы открыли его первым или несколько позже?

Разумеется, его тактика была стара как мир – минимум три тысячи лет возрастом.