Красная шкатулка

Отправиться-то я отправился, а вот куда пришел? Сижу в вашем кабинете, честно сказал, что мне задали взбучку, а этот щенок Гудвин скалится во весь рот.

– Не обращайте внимания на мистера Гудвина. А ты, Арчи, не раздражай инспектора! Мистер Кремер, вы пока никуда не отправились, а только подготовились к отправке. Но полагаю, что еще не поздно начать движение. Если, например, мы с вами…

Откинувшись на спинку кресла, он прикрыл глаза, и я видел, как едва заметно задвигались его губы – он их вытягивал трубочкой и снова растягивал.

Кремер смотрел на меня, недоуменно сморщив лоб. Я мотнул головой:

– Смотрите, сейчас будет фокус-покус.

– Заткнись, Арчи! – буркнул Вулф.

Я подмигнул Кремеру, и мы стали ждать. Если бы ожидание слишком затянулось, мне бы, наверное, пришлось выскочить из комнаты – до того смешно было смотреть на инспектора. Он сидел как приклеенный, боялся шевельнуться, чтобы только не потревожить работу мыслительного аппарата Вулфа. Он даже забыл стряхнуть пепел с сигары.

Вообще, вид был такой, словно ему в самом буквальном смысле задали взбучку. А на меня он таращился, наверное силясь показать, что и он еще соображает.

Наконец Вулф пошевелился, приоткрыл глаза и заговорил:

– Мистер Кремер, а что, если нам с вами попытать счастья в одном эксперименте? Вы могли бы встретиться с мистером Гудвином завтра в девять утра у Макнейра? И захватите, пожалуйста, пять коробок «Королевского набора» компании «Бейли».

– Буду как штык. А что дальше?

– Ну… посмотрим.

Арчи, где у тебя блокнот?

Блокнот был под рукой, и я быстро раскрыл его на чистой странице.

После ужина я отправился на Бродвей, разыскал в каком-то магазинчике «Королевский набор» и просидел до полуночи, раскладывая на столе конфеты и запоминая порядок их расположения в коробке.

Глава 6

Когда на следующий день, в среду, без трех минут девять, я лихо подкатил на своем «родстере» к зданию «Бойден Макнейр инкорпорейтед» на Пятьдесят второй улице – местечко, надо полагать, было расчищено по распоряжению полиции, – мне было искренне жаль Ниро Вулфа.

Охотник до всяческих представлений, он умел сделать так, чтобы зритель тянул шею, и вот сейчас здесь по его сценарию разыгрывалось настоящее кино, но разыгрывалось оно в доброй миле от его оранжереи и большущего кресла. Однако, вылезая из автомобиля, я пожал плечами и подумал: ну что ж, старый толстый греховодник, сидя дома, белого света не повидаешь.