Слишком много поваров

 – Я снова зевнул. – Я берусь определить, в каком блюде не хватает голубя.

– Тебя не включили. Только «Les Quinze Ma?tres» и я сам. Это будет интересный и поучительный эксперимент. Главное – отличить шнитт от шалота, но я думаю, что справлюсь. За обедом я выпью вина и, конечно, не буду есть сладкого. Кстати, мне пришла мысль о возможной связи между всем этим и странным рассказом миссис Ласцио. Ведь Ласцио будет готовить соус. Я не из паникеров, но приехал повидаться с талантливыми людьми, а не наблюдать, как кого-то пристукнут.

– Вы приехали узнать, как готовить колбаски минюи. Но не будем об этом. И какая тут может быть связь? Убить-то собираются Ласцио. Значит, дегустаторы в безопасности. Думаю, вам лучше пойти последним. Если вы заболеете в этой глуши, у меня наступят веселенькие денечки.

Он закрыл глаза. Через некоторое время открыл их снова:

– Мне не нравятся рассказы о мышьяке, подсыпанном в еду. Который час?

Проклятый лентяй! Не может достать из кармана часы! Я ответил на его вопрос, он вздохнул и принялся приводить себя в порядок.

Обед в павильоне «Покахонтас» был весьма изысканным в том, что касалось еды, чего нельзя было сказать об остальных его сторонах. Суп, приготовленный Серваном, с виду напоминал консоме, но по вкусу был ни на что не похож. Автор превзошел самого себя, было приятно видеть, как его благородное лицо краснеет от удовольствия, когда он слышал замечания присутствующих. Леон Бланк приготовил рыбу – небольшую (всего шесть дюймов длиной) ручьевую форель под легким коричневым соусом, также не напоминавшим ничего, что мне доводилось пробовать прежде.

Бланк довольно усмехался, когда его спрашивали, что это за соус, и говорил, что еще не успел придумать ему название. Все, за исключением Лизетт Путти и меня, съели форель целиком, вместе с головой и костями. Даже Констанца Берен, которая сидела от меня справа. Увидев, как я выплевываю кости, она засмеялась и сказала, что гурмана из меня не получится. Я ответил ей, что не могу есть рыбье лицо в память о золотых рыбках, которые были у меня в детстве. Глядя, как она перемалывает кости своими прелестными зубками, я с удовольствием отметил, что начинаю обуздывать ревность, охватившую меня утром.

Я не сразу разобрался, из чего приготовлено следующее блюдо – знаменитый деликатес Пьера Мондора. Чтобы понять, как его следует есть, мне пришлось посмотреть на остальных.