Сочиняйте сами

Мэттью Джонас?

– Питер Даррелл, – ответил я. – Отпечатки все равно не помогли бы. На кинжале ни одного не нашлось. То был старинный арабский с затейливой рукояткой. Я вам не соврал. Возможно, я действительно захочу кое-что купить, точнее, клиент Ниро Вулфа. Это парень с деньгами, и он хочет, чтобы их у него стало больше. Он носится со всякими идеями. И вот ему пришла мысль, что он мог бы купить ваш иск против Мортимера Ошина и Эла Френда по обвинению в краже вашего наброска пьесы «Бушель любви» и переделке его в «Бочонок любви».

Он мог бы заплатить десять тысяч наличными за передачу прав на иск и ваши письменные показания под присягой в его подтверждение и еще десять тысяч, если и когда Ошин и Френд расплатятся. Естественно, он ожидает, что вы дадите показания без повестки, ежели дело дойдет до суда.

– Так-так. – Он вытянул ногу на диване. – И кто же этот благодетель?

– Клиент мистера Вулфа. Однажды мы улаживали для него проблему совершенно иного рода. Если мы согласимся на сделку, вы с ним встретитесь.

Десять тысяч уже приготовлены в банкнотах.

– А если они не расплатятся?

– Конечно же, он рискует. Тогда он останется без десяти штук.

– Чепуха! Они заплатят. И заплатят в десять раз больше. Как минимум.

– Возможно, – согласился я. – Однажды. А если дойдет до суда, еще будут гонорары адвокатам и прочие расходы.

– Что ж. – Он закинул и вторую ногу на диван. – Передайте ему, что это может меня заинтересовать. Я готов встретиться с ним и все обсудить.

Я покачал головой:

– Обсуждайте сейчас со мной.

Он поручил мистеру Вулфу уладить этот вопрос, потому что нужно обговорить еще парочку небольших деталей. Например, он хотел бы заручиться свидетельством, что это не единственный драматический сюжет, который вы сочинили. С этим проблем возникнуть не должно. Полагаю, у вас имеются копии некоторых ваших сценариев.

– Конечно. Всех.

– Прекрасно! Значит, эта проблема решена. Теперь следующая. Если дело дойдет до суда, весьма не лишним окажется подкрепление доказательствами вашего утверждения, что обнаруженный в папке в конторе Джека Сэндлера набросок с вашим именем на титуле написали именно вы, и наилучшим подкреплением послужит пишущая машинка, на которой вы его напечатали.

Наш клиент хотел бы ее получить. Естественно, он за нее заплатил бы.

– Это было бы весьма мило с его стороны.

– Сам-то он вовсе не милый. Между нами, мне он совсем не нравится.

– Мне тоже. Он украл мою пьесу. – Реннерт опустил ноги на пол и встал.