Трое вне игры

Осмотревшись вокруг и не найдя кресла, которое бы ему приглянулось, он подошел к стоявшему у стены дивану, сел и придал своему телу устойчивость, растопырив руки и опершись ладонями о диван.

– Я отказался от салата, сыра и кофе, – проговорил он, – и поспешил приехать сюда…

– Да, сэр. Я вам неизмеримо признателен. Я могу…

– Молчи! Ты рассматриваешь мое правило никогда не покидать дом по делам как глупую прихоть рассчитывающего прослыть оригиналом упрямца. Но это не прихоть; это всего лишь необходимое условие приемлемого существования.

В противном случае частный сыщик превращается в раба всякого клиента, а в Нью-Йорке десять миллионов жителей. Неужели ты так твердолоб, что не можешь понять меня?

– Нет. Но я…

– Молчи! – Теперь он достаточно выпустил пар, чтобы поджать губы и свирепо посмотреть на меня, затем помотал головой. – Хотя нет. Говори.

Я придвинул стул и поставил его напротив Вулфа, зная, что он не любит выворачивать голову, общаясь с собеседником.

Сев, я оказался достаточно близко, чтобы понизить голос до шепота.

– Хотя я совершенно уверен, что в этой комнате нет подслушивающего устройства и что здесь никто не прячется, орать все-таки не следует, – произнес я. – Мне нужно пересказать вам события последних трех часов. Это займет семь минут.

– Слушаю. Говори! – прорычал он.

Я рассказал ему все, правда немного выбившись из регламента, но не так чтобы сильно. С его лица не сходило страдальчески-капризное выражение, но по глазам я видел, что он слушает.

– Когда во время обеда я встал из-за стола и поднялся наверх, – продолжал я, – единственным моим намерением было взглянуть на труп еще раз и вызвать полицейских. Но, оказавшись в комнате Луэнта, я понял, что должен сперва посоветоваться с вами, а звонить из дома мне не хотелось. Мне были нужны инструкции. Сами посудите, ведь если бы явились полицейские, мне пришлось бы объяснять, зачем Луэнт нас нанял, а здешние обитатели, в свою очередь, рассказали бы, что я заявил им по поводу целей расследования.

Возникла бы неувязочка, и я угодил бы еще в один из тех дурацких переплетов, благодаря которым уже имел счастье сидеть навытяжку перед окружным прокурором по десять часов кряду. И вы попали бы в этот переплет вместе со мной. Мне требовалось, чтобы вы все взвесили и приняли решение, но оставлять дом, чтобы пойти позвонить, я не хотел.

Он что-то буркнул без тени симпатии.