Тройные хлопоты

– Если бы вы всю ночь провалялись на тротуаре, уворачиваясь от пуль, вам тоже понадобилось бы умыться. У вас какие-то конфиденциальные дела с Солом? Вы дали ему задание?

– Конечно. Оно связано с делом мистера Перрита.

– Когда вы успели?

– Я позвонил ему прошлым вечером, когда ты провожал мисс Пейдж домой. Иди умойся.

Я и пошел. Обычно я выражал недовольство, когда Вулф держал меня в неведении относительно своих дел, обращаясь за помощью к другим людям. Но в тот момент я был вымотан. И потом, речь шла о Соле, а это совсем другое дело.

Он отличный малый, и в данном случае возмущаться было совершенно нечем.

Взглянув на свое отражение в зеркале ванной комнаты, я понял, что Вулф имел все основания для нареканий. Я умылся, решив побриться позже, после того как позавтракаю, а затем отправился обратно, в комнату Вулфа. Закончив разговор с Солом, он теперь сидел на кровати в нижнем белье и натягивал носки.

– Что вам хотелось бы обсудить? – спросил я.

– Ничего.

– Ничего? – Я возмущенно уставился на него.

 – Что ж, прекрасно.

– На данный момент обсуждать нечего, – недовольно проворчал Вулф. – Ты вне игры. Я сказал лейтенанту Роуклиффу, что мистера Перрита шантажировала дочь, тот поручил мне положить этому конец, а я пригрозил девушке сдать ее полиции. Все. Точка. Роуклифф – кретин. Пытался намекнуть, что может привлечь меня к уголовной ответственности за шантаж дочери. Идиот! Кстати, – Вулф выпрямился, – как ты думаешь, раз мистер Перрит убит, имеет ли смысл звонить по тому телефону, что он дал, насчет мяса?

– Я вне игры, – повторил я сквозь зубы его реплику и отправился на кухню завтракать.

Вне игры! И он еще называет Роуклиффа кретином! Сам-то чем лучше? Я был так возмущен, что проглотил первые три блинчика, не замечая их вкуса.

Четыре раза мне пришлось прерывать завтрак из-за телефонных звонков. Я был к этому готов. Понятное дело, теперь нас не оставят в покое и будут донимать весь день. Из четырех звонивших внимания Вулфа заслуживал только один.

Меня это вполне устраивало. Сейчас мне хотелось видеть его как можно реже. Когда он покончил с завтраком и отправился в оранжерею, я позвонил ему по внутреннему телефону.

– С вами пытался связаться человек, представившийся Л. А. Шварцем, адвокатом Дейзи Перрита, – известил я. – Он хочет немедленно вас видеть. Я сказал, чтобы он пришел в одиннадцать, и записал его номер. Если вы считаете, что он тоже вне игры, я могу ему перезвонить и отменить встречу.