Кёльнские каникулы. Увидеть Берн и не умереть

Я как-то отшутился, но мыслями уже был далеко – чрево сейфа притягивало к себе все мое внимание.

В последующее время я забыл обо всем на свете. Беглый обзор корешков документов, на части из которых стояли числа и, видимо, условные названия, позволил мне придти к выводу, что эти документы вкупе с моим архивом представляют собой мало кому знакомую подлинную историю последних годов советской власти и начального периода независимости Азербайджана. Я решил, не пропуская ни одного листочка, просмотреть все документы, хотя понимал, что такая работа займет не одну неделю.

Вначале я обратил внимание на числа, проставленные на документах, и решил, что они уложены в более или менее хронологическом порядке. Пройдя в кухню за очередной чашкой кофе, я узнал от Фатимы, что их квартиру кроме доверенной родственницы отца, убирающей в доме раз в неделю, соседки с этажа и двух подруг, школьной и студенческой, никто не посещает. Никто из этих женщин никогда не был в кабинете отца, который он всегда запирал хитроумной системой замков и цифровых кодов, а уборку в нем раз в неделю производила сама Фатима.

Беспокоиться за сохранность и безопасность документов, по уверениям Фатимы, не стоило.

Мы договорились, что я буду просматривать и выкладывать документы наружу в обратном порядке, так чтобы по окончанию работы можно было вновь собрать их в первоначальном виде. Фатима, согласившись на это предложение, сказала, что на ночь она будет запирать комнату.

Я сразу обратил внимание на разницу между документами Фарманова и моего архива.

Документы моего архива, после изложения информации, заканчивались их аналитической оценкой и перспективами использования, бумаги же из сейфа представляли собой склад самых разнообразных, редко связных между собой, справок, списков, отчетов различных организаций и т. д. Большинство из них устарело и потеряло всякую, разве что, кроме исторической, – ценность. Я просматривал документы, иногда делал из них для себя выписки, и складывал в стопку на столе, выделенного мне в качестве рабочего места.

Подходила к концу рабочая неделя, в пятницу я решил просить Фатиму разрешить мне придти в выходные дни с утра, к удобному для нее времени. Однако она, опередив меня, сама предложила придти в субботу, разумеется, если я располагаю временем, к 10 часам утра.

Надо сказать, что прошедшая неделя очень сблизила нас и, каждый день после работы отправляясь на квартиру Фармановых, я испытывал иллюзию возвращения к себе домой, где меня ждет любимая жена.