Свид 24. Книга 1

Если бы событие такого масштаба намечалось в ближайшем будущем, то Мари бы узнала об этом первая.

– О чем ты говоришь Ларин? Ну разве стали бы они перебрасывать целый полк за тысячу километров от границ сражения? Ну включай хоть иногда свое критическое мышление, ну я даже ни разу не военный, но понимаю всю глупость этой затеи – стол затих, Ларин по своему обыкновению ничуть не смутилась.

– А что мне включать, я передаю, что услышала, цитирую, между прочим – она величаво отвернулась и умолкла. Теперь все подробности она будет выдавать по частям и всем по очереди, дабы навести смуту в рядах более доверчивых подруг.

Украдкой Анри оглядывалась по сторонам, в надежде увидеть Марка. Его приглашение прийти на обед она хорошо помнила, но проводить время в компании странного подростка, как она считала, было не самым удачным решением. Однако муки совести её не отпускали, и она надеялась на встречу, чтобы поблагодарить его и продемонстрировать, что не забыла его доброты. В последнее время она всеми силами старалась во всем соответствовать её завышенным моральным стандартам, угождала, рассыпалась в бессмысленных благодарностях, стараясь закрыть ту самую брешь, которую оставил в ее моральном облике тот день, два месяца назад.

Но всё это делалось скорее не ради него, это был своеобразный договор с совестью, с которой постоянно приходилось пререкаться. Иногда она завидовала людям, кто не гнушался подпнуть моральные устои в своих интересах. Подчас ей этого особенно не хватала, когда она в ночные часы помогала писать дипломы, сидела с чужими детьми или отдавала последние гроши проходимцу. Она часто копалась в своём прошлом силясь найти разумное объяснение такому невероятно раздутому чувству вины перед людьми. Семья у нее была благополучная, серьёзных потрясений из детства она не помнила, поэтому мечась в догадках приходила к уже знакомому ей решение – пойти по велению совести. Так и сейчас, она поглядывала на входную дверь, а совесть грызла её стены самообладания.

В это же время Марк сидел в офисе и изредка оборачивался на дверь, когда слышал шорох шагов в коридоре. Он не пылал желанием найти себе собеседника на время обеда, но неведомые ему силы заставляли оборачиваться и ожидать момента, когда шаги удалятся и стихнут. Он тряхнул головой пытаясь сбросить дурманящие мысли и возвращался к работе.

День клонился к ночи. В офисе погасли все лампы, кроме одной над Свидом возле, кресла, где вчера сидела Анри.