Усмешка тьмы

Когда взгляд его белесых глаз падает на мою руку с уведомлением, в них промелькивает тень какой-то разумной мысли.

– Вы Саймон Ли Шениц? – уточняет он.

– Ли Шевиц, через «В». Так точно.

Он прищуривается, читая наклейку на бандероли. Уголки его губ вздрагивают, кривясь куда-то вверх, затем поникают.

– Тут написано – Ли Шениц.

– Это ошибка. Наш постоянный почтальон меня знает.

Похоже, слово «ошибка» его не радует. Он продолжает кривить рот:

– Есть что-нибудь, удостоверяющее, что вы – это вы?

Это уже какой-то клинический идиотизм, но мне нужна эта посылка.

Там, внутри – кое-что, что может помочь мне в работе.

– Сейчас принесу. Никуда не уходите.

Я оставляю входную дверь открытой, бросаю конверты на стол в зале и мчусь в свою комнату. Заставка, которую Джо установил на компьютер, производит звуковые волны, чтобы успокоить меня, что система все еще функционирует, хотя на экране ничего нет. Я забираю из ящика свой паспорт, стыдливо прикрывающий курительную трубку, бегу вниз.

Почтальон осоловело смотрит на документы у меня в руке, пока я сам не открываю для него нужную страницу.

– Тут написано, что вы Ли Шевиц, а не Ли Шениц, – жалуется он.

– Вы меня вообще слышали? Это мое правильное имя.

– У вас есть права?

– Да, и обязанности тоже есть. Вы совсем сдурели?

Уголки его рта снова вздымаются и поникают.

– Не ругайтесь. Я про водительские права.

– Нет. Я не вожу автомобиль.

– Просто у вас в паспорте нет этого адреса.

– Я живу здесь. Могу показать вам, – протестую я голосом, все меньше напоминающим мой собственный. Вытаскиваю ключи и сую в замочную скважину. – Видите?

Вот только ключ почему-то не проворачивается. Я вытаскиваю его, и только тут понимаю, что он от квартиры Натали, а не моей – хорошо еще, что мои дергания не испортили ни замок, ни ключ.

– Ну вот, – выдыхаю я, исправив свою оплошность. – Входите.

– Не хочу, мистер. Что-то вы подозрительно выглядите, даже дверь с ходу открыть не можете, – хитрая ухмылочка гуляет по губам почтальона.

 – Берите, это, наверное, ваше.

Я вынимаю ключи и опускаю в карман. Беру посылку. Почтальон вдруг протягивает руку:

– А вот это я заберу.

Пока до меня доходит, что он имеет в виду не паспорт, а уведомление о неудавшейся доставке, проходит еще несколько мучительных мгновений. Потом я наконец запираю дверь и включаю свет в коридоре.

Большая часть пришедшей почты – моя.