Чародейская Академия. Книга 3. Неисправимые нарушители

Поскольку нормальные люди на языке древних римлян не трындят, то вывод однозначен – шпионы или диверсанты! Упоминание словечек типа Огненный Шар, Телекинез, Воздушный элементаль или Левитация может быть расшифровано как готовящийся взрыв авиалайнера! Помните ту историю, как 10 сентября 2001 года в Бигэпле в одном из телефонных переговоров прозвучало «Со второй книгой Толкиена завтра будет покончено»? Мобильник, с которого была сказана фраза, лет пятнадцать спустя выловил из Гудзонского залива какой-то водолаз-любитель; к сожалению, записанные в его памяти номера не значились в базах данных, и потому установить, кому они принадлежали, так и не удалось.

– Ты и впрямь полагаешь, что спецслужбы контролируют все телефонные переговоры в мире? Представь, сколько пришлось бы сажать сотрудников на прослушку!

– Вовсе не обязательно: на дворе давно не XX век. Достаточно установить программы-решето, отсеивающие всякую белиберду и обращающие внимание лишь на подозрительный трёп. Как они работают в действительности – судить не берусь, мои познания в технике не настолько сильны, однако приятели по университету рассказывали: реагируют не только на ключевые слова, но и странные словосочетания, нехарактерные для обычной речи, редко используемые диалекты, которые по сути могут оказаться шифроязыком, и даже интонации, выдающие старательно маскируемую неискренность человека.

С помощью подобных программ один-единственный оператор может держать под контролем целый город!

– Никакая, даже самая совершенная, программа не даст стопроцентной гарантии, что среди отсеянного мусора не окажется нечто действительно важное.

Человеческую интуицию не заменишь ничем!

– Возможно, ты и прав, хотя это тоже вопрос времени. Вспомни поучительный пример, касающийся шахмат – первые компьютерные программы были примитивны, с прямолинейной логикой действий и массой ошибок в нестандартных ситуациях. Однако они быстро совершенствовались, и уже в начале века стали играть на равных с гроссмейстерами.

А теперь турниры людей и машин проводятся раздельно. Человек, даже очень одарённый, уже не имеет шансов победить компьютер.

– Знаю. Дело дошло – машины или очень быстро заключают ничью, если убеждаются, что в предложенном дебюте нет продолжений, дающих очевидное преимущество одной из сторон, или по-серьёзному начинают играть где-то после пятидесятого хода, разыгрывая ещё не исследованные варианты.

– С программами-анализаторами речи примерно то же самое.