Эксклюзивное право на любовь

Ей и правда было жаль, что всё так получается, и она старалась быть ласковой, отдавать всю свою нежность, всю любовь, на которую только была способна.

***

Наши дни

Чем дольше длился вечер, тем больше мне нравился Филипп. Не столько внешностью, хотя он был вполне симпатичным, сколько характером. Своим лёгким обаянием, своей приветливой, открытой улыбкой, своей расположенностью к людям. Он был очень уверен в себе, но эта уверенность родила в нём не заносчивость, а великодушие, умение общаться на равных с кем угодно, и не бояться чужого мнения.

Он существовал по принципу: «моя жизнь – мои правила», и это выглядело невероятно круто.

И чем больше он мне нравился, тем больше висла на нём Анька. Она не просто видела, что я им очарована – я ей прямо сказала об этом. Оттащила в сторонку и тихонько сообщила:

– Знаешь, подруга, он мне нравится.

– А мне тоже! – задорно улыбнулась она, откидывая со лба свою дерзкую челку.

– Ань, я серьёзно! Филипп очень понравился мне. Тебе же так, поразвлекаться! Ты же через пару недель от него устанешь, что я, не знаю тебя?

– А вот тут ты ошибаешься! – возразила она, вмиг переставая улыбаться.

 – Кать, это не тот случай. Он офигенный, это точно! И я думаю – он именно тот, кто способен меня зацепить!

Я в этом сильно сомневалась. Анькины романы, сколько я её знала, никогда не длились долго. Она вспыхивала, эмоции были очень даже настоящими, но… проходил месяц-другой, а то и меньше, и от страсти не оставалось и следа. Каждый раз она сама была убеждена, что это он – тот самый! Тот, который заставит её образумиться, успокоиться, от которого она сама не захочет уйти, но она не умела глубоко нырять в свои чувства и, по большому счету, не хотела хоть в чём-то себя ущемлять.

– Ань, меня он, кажется, уже зацепил!

– Ты не можешь этого знать наверняка! Как ни крути, а пары часов недостаточно, чтобы понять, что это любовь всей твоей жизни. Ни тебе, ни мне. Так что мы с тобой на равных! Что тут скажешь, в её словах был резон. Требовать, чтобы она не подходила к парню только потому, что он мне тоже понравился, я не могла.

Анька оперлась спиной о нагретую недавно скрывшимся солнцем кирпичную кладку, закурила, задумчиво глядя в сумерки, тряхнула головой, от чего чёлка снова упала на лицо, закрыв один глаз. Её расстроило то, что я сказала. Она была моей подругой, любила меня, желала мне счастья… Но, чёрт побери, он понравился нам обеим! И мы обе считали, что глупо отказываться от него в пользу другой.