Между Трубадуром и Мачо

Видеть влюблённых вместе было для нее мукой мученической, тем более что Саша часто бывал у них тогда, и все эти их бесконечные объятия и поцелуи доводили Дашу до белого каления. Не раз и не два, посреди веселого вечера за бутылочкой мартини, или за кофе, или за совместным ужином, она запиралась в ванной и ревела там в полотенце, чтобы её всхлипы ней дай Боже не услышали влюблённые.

А они и не слышали, всецело поглощенные друг другом. Даша умывалась холодной водой, выходила из ванной, и никто не замечал ни её покрасневших глаз, ни её распухшего носа.

А чтобы чем-то занять себя, чтобы не глазеть постоянно на Сашку (от этого можно было запросто сойти с ума!), она занималась своими цветами.

К тому моменту, когда Настя вышла замуж, фиалки из любимых превратились в ненавистные. Они были живыми свидетелями того, что это не она счастливая возлюбленная. Наоборот, их цветущий, пышущий здоровьем и красотой внешний вид свидетельствовал о том, что ими занимаются постоянно, двадцать четыре часа в сутки.

И это было обиднее всего. Наверное, по-своему, цветы пытались утешить её, поднять ей настроение, и цвели как ненормальные. Да только мало было толку от их прекрасного цветения.

Как только Настя вышла замуж и съехала, Даша подарила все цветы ближайшей школе. Учителя пришли в восторг и большую часть горшков немедленно растащили по домам.

Рита, когда узнала про цветы, расстроилась, фиалки она тоже любила. А вот Настя, когда Даша их познакомила, ей не очень-то понравилась.

Причем, судя по всему отношение было взаимным. “Слишком много о себе думает!” – так отозвались обе стороны друг о друге, и с тех пор Даша старалась, чтобы они больше не встречались.

Настю же она иногда беззлобно дразнила «килькой» за внешний вид. Тонкая, длинная, почти одного роста с Сашей, гибкая, как лоза – таких называют “балетная”. Изящество, грация её движений завораживали. Про неё часто думали, что она училась в школе танцев или что-то в этом роде, но ничего подобного – таким изяществом Настю наделила природа.

А так же копной вьющихся волос шоколадного оттенка и золотисто-карими глазами с искоркой, живым характером, улыбчивостью и подкупающей лёгкостью в общении.

– За-айка, как же я по тебе соскучилась! – протянула Настя, – Садись, давай! Расскажи, как живешь, сто лет не виделись!

– Да всё по-старому, – улыбнулась Даша. – Без новостей. Дом – работа, работа – дом.