Многогранник страсти

Сначала они просто плавали, потом принялись дурачиться: брызгались, поливали друг друга водой. Дима хотел было поймать и притопить ее, но Карина увернулась, отбежала почти к самому берегу, но там она споткнулась и плюхнулась в воду.

– Ага, попалась! – закричал Дима, надвигаясь на нее. Карина зачерпнула пригоршню мокрого песка со дна и метко швырнула в него. От неожиданности он остановился и пару секунд разглядывал грязное пятно у себя на животе, комками опадающее в воду. Потом решил ответить тем же.

А дальше они устроили настоящие грязевые бои. Извазюкались как дети, с головы до ног, у Карины даже живот заболел от смеха. Пришлось еще сплавать на глубину, и как следует понырять, вымывая песок из волос.

В глубине души она понимала, что все это только подливает масла в огонь. Дима последнее время и так относился к ней не просто как к коллеге и сослуживице. Она знала, что нравится ему, но она ничего не могла с собой поделать. Играла с ним как кошка с мышью, и эти игры будоражили ее.

Потом они брели через весь остров обратно, к лодке. Солнце садилось, они проголодались, устали, пора была возвращаться.

Сначала, не найдя лодки на прежнем месте, Карина подумала, что они ошиблись и не туда вышли. Но с этой стороны острова дно было каменистым, и нормально подплыть к берегу можно было только в одном месте. А лодки не было. Дима выглядел ошарашенным не меньше нее. Конечно, на всякий случай они прошлись по берегу в обе стороны, но это ничего не дало.

Лодка исчезла. Похоже было, что Дима ее просто не слишком хорошо затащил на берег, и ее смыло волнами, а потом отогнало каким-нибудь подводным течением, или просто ветром.

Так или иначе, а до берега им было не добраться. Ни Карина, ни Дима не плавали настолько хорошо, чтобы попытаться доплыть, оставалось только одно – ждать, пока о них вспомнят и отправятся искать.

На это Карина не рассчитывала раньше завтрашнего полудня.

Сегодня намечались шашлыки, песни и танцы у костра. Может кто-то и заметит, что они пропали, но этому найдут совсем другое объяснение. Черт, неприятно это! Потом долго будут вспоминать и перетирать косточки. Не дай Бог еще до Андрея дойдут какие-нибудь слухи – доказывай потом, что ты не верблюд!

Они вернулись в домик – не торчать же на улице. От нечего делать Дима принялся его тщательно обследовать и под половиком обнаружил дверцу в подпол.