Жених, богатый ухажер и меркантильная подруга

 – Я прямо не верю своему счастью! Небо на землю упало! На елках апельсины зацвели!

– Ой, да ладно тебе, устроила тут целый концерт!

– Концерт я устроила! Полиночка, с тех пор как вы со Стасом встречаетесь, мы с тобой выбирались куда-то от силы раза два-три!

– Не, ну преувеличивать-то не надо! Какие два раза?

– Такие, Полин, такие! Попробуй сама вспомнить!

– Ладно-ладно! – смутилась Полина. – Хватит меня агитировать! Пойдем веселиться, хоть завтра! – она подняла бокал, предлагая подруге закрепить решение парой глотков вина.

На самом деле, хоть Полина и обижалась на Олесину прямолинейность, та была права: с тех пор как она сошлась со Стасом, она засела дома. Причем сделала это добровольно – Стас-то ее как раз ни о чем таком и не просил. Более того, те несколько раз, когда Полина у него отпрашивалась, он отпускал ее совершенно спокойно и без лишних вопросов, а по возвращении, даже если поздно и под хмельком, тоже прочистку мозгов не устраивал.

Сам Стас был не особым любителем публичных развлечений.

Иногда они выбирались в кино или пили кофе в кафе, но это бывало редко. Ему гораздо больше нравилось дома, устроиться в обнимку перед телеком. Полине это было скучновато, тем более что Стас периодически собирался со своими друзьями – попить пивка или «порубиться» в какую-нибудь жуткую игрушку, или «зависнуть» в гараже, самозабвенно разбирая очередной мотор или ходовую. Понятное дело, Полина принимать участие в этих мальчиковых забавах не стремилась, но при этом сама ходить куда-то без него она не хотела – считала, что раз они пара, то и появляться должны вместе.

***

Ситуация со Стасом очень сильно беспокоила Полину. Последнее время в голове не переставая крутились вопросы: «Куда все ушло?», «Что с этим делать?» и «Что будет дальше?».

В том, что Стас ее любит, Поля не сомневалась. Ей никогда не приходило в голову, что он может ей изменить, или как-то по-другому оскорбить ее, она была абсолютно в нем уверена… Просто его любовь перестала ее устраивать.

Она долго подбирала слова для того, чтобы выразить это чувство и, наконец, поняла: он любит так, как это ему удобно! Он не хочет напрягаться, прилагать усилия, его устраивает, что все идет само собой. Все-таки в чем-то Леська права: после того, как он услышал от Полины полное восторга: «И я тебя люблю!», после того, как они стали жить вместе и привыкли ночевать в одной постели, он довольно быстро сбавил обороты и уже не стремился так ухаживать за ней.