Жених, богатый ухажер и меркантильная подруга

– Что ж, замечательно! Вам повезло, что я к друзьям за город еду, в этой машине у меня даже трос есть. Вас как зовут?

– Полина.

– Очень приятно, а меня Богдан.

– И мне очень приятно! – с чувством ответила она.

Пока мужчина закреплял трос на обоих транспортных средствах, Полина отметила про себя, что он не боится заляпать ни свою дорогую одежду, ни свои холеные руки. А еще она была ему очень благодарна за то, что он словно взял ее под свое покровительство, занялся решением ее проблемы, позволив ей выдохнуть: «Он знает, что делает!».

– Ну вот, готово! Если хотите, я могу даже оттащить вас до ближайшего автосервиса.

– Нет! – испугалась Полина. Мысль о том, что она проведет еще какое-то время в автосервисе, показалась ей отвратительной, а предположение, что машину сразу починят и ей придется сегодня снова сесть за руль – и вовсе кошмарной.

Она очень устала и перенервничала за этот день, и хотела только одного: поставить автомобиль на стоянку и на некоторое время забыть о нем.

– Нет, – повторила она спокойнее. – Во-он там, в конце дома поворот в мой двор. Можно мы оттащим ее туда? Я… Я хочу просто запарковать ее.

– Хорошо, Полина, – кивнул он, улыбаясь, – как скажете.

Они расселись по своим машинам, Богдан коротко посигналил и надавил на газ.

Тронулись они очень плавно, но вскоре Полина снова запаниковала: куда он торопится? Она с ужасом смотрела на шкалу спидометра – двадцать, тридцать, сорок… Куда он спешит, им же поворачивать в конце дома? Может он неправильно понял, где надо свернуть?

Но оказалось, что понял он все правильно потому, что она заметила, как он сбрасывает скорость и мигает поворотником, и в панике и бухнула ногой в педаль тормоза. К ее ужасу тормоз стоял колом, и реагировать не хотел.

Задний бампер его красивой, а главное дорогостоящей, машины стремительно приближался, Полина принялась панически сигналить и моргать фарами в надежде, что он догадается и отъедет, но все равно через пару секунд раздался этот жуткий звук: «тыдыщ»!

Черный автомобиль остановился, постоял, подумал, и мягко, уже намного спокойнее, двинулся дальше.