Гемма, ода и другие. Бартер

– Куда, зараза? – Селка силилась встать, но пока ее хватило лишь на то, чтобы красиво сползти по стеночке.

Колдун не ответил. Он сильнее сжал руки и быстро двигал ладонями, словно пытался скатать воздух в небольшой снежок.

Именно так Ниннелька поступала со всеми жалобами, поданными в письменном виде. Что происходило с несчастными, которые имели наглость опорочить ее заведение, людям лучше было не знать.

Внезапно маг с силой хлопнул в ладоши и растворился в воздухе, следом за громадной самоцветной конструкцией.

Алекс глухо застонал. Вид у него был просто паршивый. Светло – зеленый цвет лица неплохо гармонировал с цветом ядра и вытекающей из него лифы…Тьфу! Выискалась тут, эстетка, пальцем пиханная!

Селка тщетно пыталась сообразить, что ей делать дальше. Авик предложил бы похоронить.

Ну нет, это она всегда успеет. Ей было решительно все равно, куда делся этот задрипанный клоун со всеми брюликами, главным сейчас был Алекс.

Лифа уже не булькала как забытый на огне суп, а вытекала ровными струями. Селка попыталась вытянуть засевший в ране шип. Алекс открыл глаза и попытался что – то сказать.

Торговка прильнула ближе.

– До – бей меня!

Селка перестала тянуть шип.

На руках у нее еще осталось немного изумрудной пыли. Торговка стряхнула ее с ладоней. Пару кусочков попали прямо в открытую рану.

Внезапно края разорванного ядра вспыхнули и лениво начали подползать друг к другу, а торговку осенило. Изумруд и Александрит были камнями одной штольни!

Теперь закрепим это небольшой распевочкой, и дело в шляпе. Подойдет что – нибудь простое вроде.

– Жизнь моя жестянка

Да ну ее в болото!

Алекс открыл глаза снова.

Селка радостно всмотрелась в его лицо.

– Тебе лучше?

– Сел-ка, я просил добить меня быстро, а не так…

– Ну уж извиняйте! – торговка вплела в мелодию пару усыпляющих трелей – Чтобы больной не мешал лечению.

    Временное геммское пристанище в городе Бульплеска…

– Нет, это совершенно невозможно! – прелестный блондинчик горестно заломил бровки и наконец – таки соизволили опустить на трон свое драгоценное седалище.

Посол дружественного Имгадьда – единственной страны, где еще верили в существование Драгграда – счастливо замотал башкой. Он вообще слабо понимал, что происходит.