Эвви – зов леса

Вот и сейчас, они делали своё дело, и никто не мог им помешать, ведь главное оружие арти – раздирать добычу зубами и словами – было обезврежено.

– Ну что, самоуверенный старик?! – в проёме показалась тощая прямоходящая фигура. – Ты ещё думаешь, что твои солдафоны на что-то способны? Всё время кичишься преданностью. Какой? Кому? Моя мать из-за этой преданности стала калекой…и куда её отправили – в четвёртый лес! Кто тебе позволил решать за других кем они должны быть? Почему ты решаешь судьбу несмышлёнышей? Они все доверяли тебе…

Фигура подошла поближе…балахон с капюшоном скрывал лицо.

Она встала, как каменная – ни одного движения. Эразиус узнал голос с первой реплики. Он даже шаги узнал, но сейчас его мысли далеко улетели за пределы темницы, за пределы неизбежной участи, которую он просчитал заранее. Он не мирился со своей судьбой, он не жалел об упущенном времени – он считал себя частью сценария, где играет не последнюю роль. Повлиять на сценарий он не мог, но на свою роль – да. И сейчас он хотел сыграть её до конца, как настоящий арти.

Тощая статуя стояла так не долго. Вытащив из кармана небольшую иглу, она медленно подвела её к шее Мастера-арти. Очень медленно, так чтобы Эразиус видел иглу, она уколола беспомощного волка, который не желал даже смотреть ей в лицо. Жизнь – это родник, и Эразиус не хотел тратить последнюю каплю на несущую смерть статую. Он предпочёл выразить почтение преданным арти – защитникам жизни.

Он поднял глаза, и фигуре показалось, что он хочет что-то сказать ей, но нет.

Он окинул взором своих детей-арти. Капюшон тощей фигуры повернулся к ним и она заметила, как они внимательно смотрят на Мастера.

«Дети мои…вам может показаться, что я нахожусь на дне судьбы. Но это не так…я нахожусь на вершине моей высокой роли. Я посвятил жизнь защите нашего мира, нашего королевства. Именно по этой причине мы находимся здесь. Это значит, что кому-то не хочется мира, спокойствия. Будьте преданны нашей высокой цели, не бойтесь! Мы ещё поборемся! Я горжусь вааа…» – голова Мастера застыла, глаза открыты, уши повисли, тело вздрогнуло и медленно падало на землю.

Четырёх арти это не просто ошеломило, они начали переглядываться. Их глаза кричали от горя. Им хотелось справедливости здесь и сейчас. Но справедливость не приходит по желанию. Она дама с характером и её следует ждать, терпеть и жаждать. Сейчас арти жаждали её. Но обстоятельства диктовали другой сценарий. Поэтому они послушно перешли в режим ожидания.