Законам Мерфи вопреки

 – Получишь аттестат и учись на вечернем, или заочном. Без отрыва, так сказать, от «производства».

Витя подумал-подумал, а потом решился:

– Эх, была не была! Один раз живём! Пишите: согласен.

Я так и поступила…

…«Бывший безбашенный отморозок» вновь всю встречу отмалчивался. Так что у меня получилось сплошное говорение, и никакого слушания. Но добилась-таки ответных реакций. Если вначале он демонстративно игнорировал мои вопросы, то под конец стал отвечать. Междометиями, скупо, но отвечать. И даже лицевые мышцы расслабил.

А когда наш сеанс закончился, он выдавил из себя целую фразу:

– Ну, я пошёл?

…В приёмной меня дожидался референт Сериков.

– Добрый вечер, Валерия Михайловна! – с этими словами он поднялся из кресла и протянул мне папку. – Вот то, что вы просили! Повторные анализы, так сказать.

И нагловато усмехнулся, глядя мне в глаза.

Я никак не прореагировала на этот выпад, лишь рассеянно произнесла:

– Ах, да-да, спасибо, вы свободны!

Он стушевался, хотел было огрызнуться, но я уже повернулась к Леночке, чтобы обсудить с ней очередные кандидатуры на понедельник.

Так что Серикову ничего иного не оставалось, как тихо испариться.

День был не из самых тяжёлых, но в подземный паркинг я спускалась, выжатая словно лимон. Как хорошо, что ласточка поджидала меня, блестя свежевымытыми боками. А когда знакомый охранник, открывая шлагбаум, приветливо козырнул, я подумала, что мне начинает нравиться сибаритский образ жизни. Ну, или почти сибаритский (ещё бы не работать)…

…Дома всё было как всегда.

Натка оккупировала телефон, предоставив право просмотра телевизионных программ отцу. Но едва я переступила порог, как они сгрудились вокруг меня: сиамская нагло мяукала; Сергей жаловался, что он голоден как собака; а Натка совала мне под нос дневник с первыми оценками. Лишь покормив всех голодных, пожалев всех униженных и оскорблённых (в пределах своей квартиры), я приступила к психологическим изысканиям. Надо отдать должное – Пинегин правильно меня понял и тесты коллективом «Палладина» были заполнены с достаточной степенью искренности.

Окончательно обработав материалы к субботнему вечеру, я смогла суммировать свои впечатления. Как директор – Пинегин терпим, хотя и оказался типичным представителем авторитарного руководства. Как человек? Карьерист, себе на уме, в меру хитёр, в меру жаден, обучаем. Мечтает о большой власти и больших деньгах. Не очень ясным оставалось только одно.