ESCAPE. Изгой

– Мальчики! – обратился отец к сыновьям так, словно Ангелина уже покинула фармацию и отсутствовала на месте. – Перед вами лучшие мастера своего дела в городе, за это я ручаюсь.

Имея в виду двух пожилых мужчин, Бодрийяр-старший подошел к провизорам и представил каждого из них поочередно:

– Мистер Альфред Ноббс, – отец указал на старика с элегантным пенсне в позолоченной оправе на носу, и тот сиюминутно застыл в полупоклоне. – Учился у господина Джека Бодрийяра. С тех пор Альфред – наш несомненный образец для подражания.

Благодаря его знаниям и умению слушать гостя все отпускаемые нами эликсиры точны и действенны. Разбуди его ночью – расскажет «Фармакопею» наизусть.

Валериан поспешил отвесить ответный полупоклон провизору и незаметно придавил ногу старшему. Внимание Германа было направлено совсем мимо рабочих за прилавками и, скорее, концентрировалось на любопытном образце аптекарских весов, стоящих на поверхности одной из боковых витрин.

Николас усиленно делал вид, что не замечает рассеянность сына точно так же, как и присутствие жены, и предпочел продолжить:

– Мистер Карл Эггерт, – Бодрийяр-старший особенно хитро улыбнулся, представляя второго джентльмена в возрасте, чья старческая наружность выделялась разве что огромной бородавкой на правой щеке.

 – Ученик прямых конкурентов нашего начинателя. Он вел свое обучение у Джона и Джесси Бутов, но, встретив господина Джека, принял правильное решение и продолжил свою блестящую карьеру в «Фармации Б. ». Мистера Эггерта вы не найдете в зале, но обнаружите в мастерской – под его чутким наблюдением и собираются волшебные настойки, толкутся порошки, вырезаются пластыри и прочее и прочее… все то, чем славится наше дело!

Второй старик казался куда менее приветливым с виду, а потому его дежурная улыбка спала одной из первых. Получив несколько приятных комментариев своему статусу, он удосужился лишь кивнуть Николасу. Взор мистера Эггерта был направлен в сторону прибора, от которого все не мог оторваться Герман.

Юноша практически осмелился протянуть руку к золотым чашам, но Карл, наконец, заговорил:

– Эти весы настроены очень точно, – монотонно отчеканил он, не смея сделать открытое замечание сыну хозяина.

– Герман, – продолжая фальшиво улыбаться, сквозь зубы прошипел отец. – Не будешь ли ты так любезен обратить свое внимание на старших?

Разрушая почву для надвигающегося конфликта, в зал вернулся Уилли.