Никогда не обманывай виконта

– Еще для чего?

Бейнс сжал ладонью подбородок. Его глаза вдруг оживились.

– Художники используют его, чтобы разводить краски и отмывать кисти.

Саймон щелкнул пальцами. Значит, дело в этом? Она рисует масляными красками? Он посмотрел на белую полоску кожи, оставшуюся на месте кольца. Может быть, оно не потеряно. Ей-богу, если он прав, эта зацепка дает ему капельку надежды, что он сумеет ее выследить. И вернуть свое кольцо. Саймон вышел из-за стола и сжал плечо камердинера.

– Бейнс, нудный ты старый козел, я готов расцеловать тебя!

Камердинер широко распахнул глаза и попятился.

– В этом нет никакой необходимости, милорд.

– Харрис! – позвал Саймон, возвращаясь в кресло.

Дворецкий вошел в комнату.

– Харрис, Бейнс, мы переезжаем в Блумсбери.

– В Блумсбери? – переспросил Харрис таким тоном, словно хлебнул прокисшего молока.

– В Блумсбери? – с точно таким же отвращением повторил Бейнс.

Можно подумать, оба слуги родились и выросли в Мейфэре, а не в каком-то деревенском уголке Гемпшира.

– Да. – Саймон взял лист писчей бумаги с подноса с канцелярскими принадлежностями, написал адрес недавно приобретенного в Блумсбери дома и протянул листок Харрису.

– Найми кухарку и горничную. Больше никого. Сообщи им, что они будут работать на Саймона Редклиффа. Я не желаю, чтобы кто-нибудь узнал, что я виконт Адлер. Это понятно?

Харрис взял бумагу.

– Да, милорд.

– Мы туда надолго? – плечи Бейнса поникли.

Саймон не знал.

– Почему мы должны туда перебираться? – спросил Харрис. Его морщинистое лицо приобрело какое-то дерзкое выражение.

Саймон мысленно сосчитал до пяти. Слуги большинства людей съеживаются, когда к ним обращаются их хозяева, но два старика, что стояли перед его письменным столом, служили его семье с тех пор, когда он ростом доходил им до колен. Казалось, они считают себя скорее его опекунами, чем слугами. Он предлагал им обоим уйти на пенсию с хорошим денежным содержанием, но оба старика вели себя как надоедливые мухи, не желающие улетать.

– Ради всего святого, я же не приговариваю вас к виселице! Неужели обязательно нужно меня допрашивать? – Он потер напряженную шею.

Ни один из двоих не ответил.

Саймон запустил пятерню в волосы и поморщился, когда пальцы задели больное место.

– Это все.