Возьми меня замуж

Рой бросает клинок на брусчатку. В это время на площадь вылетает еще один отряд, впереди всадник в полной броне и шлеме с закрытым забралом. Старый вояка, распоряжавшийся до этого, спешит с докладом к рыцарю в матовом темно-сером панцире. Тот, подняв забрало, выслушивает его и подъезжает ближе к загнанным беглецам.

Я вижу, как всадники осаживают коней и расступаются, давая ему место. Кого-то мне эта шишка напоминает, думаю я, и чуть не хлопаю себя по ляжкам. Это же тот итальянец, который сбил меня вчера. Он подъезжает еще ближе, и я вижу его довольную рожу, ну конечно, поймал злодеев.

– В этот раз вы мне скажете, как вас зовут. – Рыцарь нагнулся в седле, и я увидела его смеющиеся глаза.

Рою этот бронированный кавалер явно не понравился, и он шагнул вперед, прикрывая меня своей грудью.

– Мне кажется, сударь, вы должны представиться первым.

Старый вояка наехал своим конем на Роя.

– Склони голову, боец, ты говоришь с наследником клана Изумрудной травы, грандом Эстегоном.

Грозный перечень титулов произвел впечатление на Истара, и он уважительно поклонился наследнику.

Эстегон милостиво принял поклон, но сразу было видно, что больше его интересую я.

– Когда мне сказали, будто некая особа устроила мятеж в городе. – Он усмехнулся. – То я почему-то сразу подумал о вас. Представляете?

– Нет. – У меня колотилось сердце, кололо в боку, было страшно и абсолютно отсутствовало желание кокетничать.

– А вы злюка. – Впрочем, я это понял еще там на дороге.

Он наклонился к своему капитану и спросил.

– Что они натворили, Донган?

Капитан крикнул что-то своим, и через минуту солдаты притащили взъерошенного секретаря судьи. После того, как его отпустили, он пригладил волосы и поклонился наследнику.

– Мое почтение господину наследнику.

– В чем их вина? – Капитан ткнул в нас пальцем.

Секретарь достал из заплечного мешка свиток и зачитал.

– Убийство Вольгана, сына председателя гильдии мясников. Беспорядки в таверне «У тетушки Мирты», нанесение увечий сыну магистрата Сарно, злостное отрицание и непризнание вины.

– Что скажешь в свое оправдание? – Эстегон посмотрел мне прямо в глаза.

Темно-карие, почти черные глаза смотрели искренне и с сочувствием, но я-то знаю цену такому мужскому взгляду. Все это понимание только до постели.

– Полное вранье. Этот как его, ну блондин, который первый напал, а второй меня ударил, челюсть до сих пор болит. Правильно его Рой уделал, они вообще впятером на одного напали.