Миры никшчэра

Стучали в ту дверь, что с номером, значит, это были не соседи, они знали, что Ханки пользуется как раз не этой, а другой дверью, в той когда-то давно сломался замок и чинить его никто не стал. Ханки осторожно выглянула в коридор Кто там ещё? За порогом стоял полицейский, второй пытался угомонить разбушевавшегося соседа, понёсшего утрату в связи с разбитой бутылкой и в ярких выражениях описывающего её.

– Нам нужны понятые, вы не могли бы пойти с нами? Тут у вас произошла кража. Мы хотели пригласить вашего соседа, но он оказался немного… не совсем то, что нужно, – вежливо произнёс он, внимательно глядя на неё голубыми блестящими глазами.

– Конечно, если это недолго.

– Нет, нет, буквально пять минут, формальность, но ничего не поделаешь, – полицейский подошёл к ней и взял за руку, – пойдёмте, буквально пять минут.

Ханки подумала, что это у Ивана что-то произошло, и очень удивилась, когда полицейский пропустил её к выходу.

– Подождите минутку, я не закрыла дверь, а вы ведь видите, какие у нас соседи.

Не только из комнаты всё вынесут, но и дверь с петель снимут.

– Конечно, если не долго, – её словами ответил он, глядя в глаза и задержал руку Ханки, словно пытался обратить на себя внимание, понравиться.

– Но-но, что скажет муж? – попыталась освободиться Ханки.

– А кто у нас муж? – улыбнулся тот.

– Волшебник, – усмехнулась Ханки и всё-таки, выдернув руку, пошла обратно закрыть дверь. «Такой же, как вы, был когда—то», – уже про себя произнесла она, тщательно заперла замок на ключ и вышла наружу.

На улице было солнце, после вчерашнего дождя подсохло, хотя лужи ещё остались. Невдалеке баба Аня со своим дедом тащили какие-то коробки с вложенным в них пенопластом. Груз постоянно разваливался и норовил свалиться в лужу. Старики беспомощно суетились вокруг, но никак не могли справиться. Полицейские смотрели на них, но ничего не делали, ждали её, стоя у самых дверей. Ей почему-то престало нравиться предложение полицейских.

Ханки подошла к бабе Ане, уложила всю их поклажу так, чтобы она больше не разваливалась, тщательно запихнув внутрь и связав грязной, рваной во многих местах верёвкой.

– Тут совсем недалеко, у нас машина, – опять протягивая ей руку, произнёс голубоглазый.

– Ой, я ведь в тапочках вышла, сейчас обуюсь, я думала тут, у нас в коридоре, – затараторила она и метнулась обратно, буквально столкнувшись с бабой Аней.