Темный карнавал

О, кстати – а хотите хлебные палочки? Он протянул Харрису банку с длинными твердыми солеными хлебными палочками, тут же сам взял одну и принялся жевать. Знаете ли, жевание хлебных палочек очень помогает… э-э-э… тренироваться. До скорой встречи, мистер Харрис. И мистер Харрис пошел домой.

На следующий день было воскресенье. Утро мистера Харриса началось с того, что он ощутил все возможные виды болей во всех уголках своего тела. Некоторое время он просматривал комиксы, а потом принялся с интересом разглядывать небольшой, но анатомически точный рисунок скелета, который всучил ему месье Мунигант.

Во время обеда его жена Кларисса вывела его из равновесия тем, что начала по очереди хрустеть костяшками своих тонких пальцев. Это было до того невыносимо, что Харрис зажал руками уши и заорал:

– Хватит!

Остаток дня он просидел, запершись в своей комнате. Вечером Кларисса, а с ней еще три дамы, непринужденно болтая и смеясь, играли в бридж в гостиной. А в это время Харрис со все более нарастающим любопытством прощупывал и взвешивал конечности своего тела.

– Кларисса!

Ее тело было так устроено, что она не просто ходила, а будто исполняла на ходу какой-то танец, с легкостью паря над полом (и, кажется, не касаясь даже ворса ковра). Извинившись, она оставила подружек в гостиной, а сама побежала к Харрису. С самым сияющим видом. И увидела своего мужа сидящим в углу комнаты с анатомическим рисунком в руках.

– Господи, ты все еще мучаешь себя? – спросила она.

Она села к нему на колени. Однако на этот раз ее красота не возымела никакого действия. Харрис взвесил на руках ее легкое тело, после чего с озабоченным видом коснулся ее коленной чашечки. Ему показалось, что чашечка под белой глянцевой кожей как-то странно сдвинулась.

– А она так и должна… того? – глухо спросил он.

– Что – так и должна? – засмеялась она, – ты про мою коленку?

– Про коленную чашечку. Она так и должна там… двигаться?

Кларисса обследовала свою чашечку.

– Надо же, и правда – двигается, – удивленно сказала она, – ну и дела. – Она задумалась. – Да нет, ерунда. Ничего она не двигается. По-моему, это просто оптическая иллюзия. А на самом деле это кожа перемещается по кости. А не наоборот. Вот, видишь? – Она продемонстрировала.

– Слава богу, у тебя тоже скользит, – с облегчением вздохнул он, – а то я начал волноваться.

– Насчет чего?

Он похлопал себя по ребрам.

– Ребра.