Темный карнавал

Лютиковых – Ranunculaceae), имеющее древнюю историю и множество названий – борец, волчий корень, волкобой, царь-трава, черное зелье, козья смерть, шлемник, туфелька, синеглазка, прострел-трава, королева ядов и др. В мифах является непременным атрибутом богини Гекаты – повелительницы привидений и чудовищ, которая посылает людям ужасы и кошмарные сны, помогает в колдовстве и убийстве с помощью отравления. – Прим. пер.] (уф, искусственные, ну и шуточки у нее)!

– Что, напугаем Дядю Эйнара? – крикнула она громко, чтобы все услышали.

И унеслась прочь. Тимоти побежал к распахнутой двери лестницы, ведущей в подвал, из которого поднимался густой дух сырой земли.

– Папа?

– Ты очень вовремя! – крикнул ему снизу Отец. – Давай быстрее сюда, не то все прибудут, а у нас ничего не готово!

Тимоти замешкался всего на несколько секунд – и услышал целый миллион звуков. Братья разговаривали, спорили, приходили, уходили – прямо как поезда на вокзале.

Достаточно было просто постоять на одном месте, чтобы мимо тебя пробежал весь дом. И каждый что-нибудь тащил в бледных руках. Леонард – черный медицинский саквояж. Сэмюэль – пыльную книгу в черном переплете (такую огромную, что она едва помещалась у него под мышкой), плюс еще черную гирлянду. Бион (который сделал очередную ходку к фургону) втаскивал в дом все новые галлоны жидкости.

Отец отвлекся от полировки, и Тимоти получил от него тряпку, а заодно и неодобрительный взгляд.

– Вот этот натираем до блеска, – сказал он, хлопнув по огромному гробу из красного дерева, – а уж тогда переходим к следующему. Давай шевелись, не то так всю жизнь проспишь.

Натирая поверхность гроба воском, Тимоти заглянул внутрь.

– Дядя Эйнар крупный мужчина, да, пап? – спросил он.

– Угу.

– А сколько в нем?

– Смотри по размеру ящика.

– Метра два? Больше?

– Много болтаешь.

Тимоти натер поверхность до блеска.

– А весит, наверное, все двести пять, – сказал он.

– Да хоть двести пятнадцать! – взорвался Отец.

– Не, двести пятнадцать – это с крыльями!

Отец пихнул его локтем.

– Смотри лучше, что делаешь! Не так надо, а вот так. Смотри!

Около девяти часов Тимоти вышел на октябрьский холодок (с его то теплым, то промозглым ветром) и два часа бродил по лугам, собирая пауков и поганки.