Петля Мёбиуса

– Не тараторь, – остановил его староста, – давай по порядку…

– Так я и не тараторю, я по порядку рассказываю, мы с мальчишками в ночном были у леса на лугу. А тут звук такой… – он попытался изобразить, какой странный раздавался сигнал. – А мы с ребятами к лошадям, а тут люди из леса набежали, с оружием, у них даже стреломёты были. И лошадей всех поймали и увели, а нас в лес утащили, а собак прибили вообще, или убежали они. И соседи – они, кажется, на наше село идут, – он замолчал и вопросительно посмотрел на Гетана, – а ребята там, в лесу, я один сбежал, чтобы предупредить.

– Ты храбрый, молодец! – неожиданно раздался сухой, сломанный, словно искажённый голос.

Нита невольно вздрогнул и завертел рыжей головой во все стороны.

– Кто это говорит? – изумлённо пробормотал он.

– Тебя не касается. В деревню беги! – скомандовал Гетан.

– А ребята как же? Их освободить надо.

– Освободим, как с этими разберёмся, – сухо отозвался староста.

– А вдруг с ними что случится?

– Ничего не случится! Домой, я сказал! Мамку успокой! – жёстко скомандовал он и подтолкнул Ниту в спину.

 – Живо!

Нита огорчённо поплёлся по дороге в сторону деревни, пыль в дорожной колее приятно холодила пятки. Но едва повернув за угол ограды, тут же отпрыгнул в густые заросли малины и спрятался.

– Ага, разбежался! – ворчал он про себя. – К мамке! Пусть девчонки за юбку держатся. Я ещё и ребят спасу, и посмотреть хочу, что тут затевается такое странное.

Осторожно укрываясь за кустами, он пробирался по деревенской окраине, подыскивая удобное для наблюдения место.

Наконец ему удалось никем не замеченным добраться до старой, заброшенной и полуразвалившейся мельницы возле аспидно-чёрного зеркала пруда, давным-давно заросшего по краям тиной и камышами. По сгнившим перекладинам, постоянно рискуя сорваться, он с трудом взобрался под самую крышу и затаился там, ёжась от предутренней прохлады.

Обзор отсюда был шикарный. Небо на востоке уже совсем посветлело, там вот-вот должен был показаться краешек солнца.

Вся деревня виднелась как на ладони, дома с крытыми серым тёсом крышами всё чётче проступали из ночных сумерек, словно сбрасывая с себя мглистое покрывало. Туман уплывал куда-то за реку, серебристой лентой огибавшую село с юга. Вдали на востоке виднелся кусочек сумрачного леса, называемого «Изначальным», тёмные громады деревьев отсюда казались единым массивом, уходящим далеко за горизонт.