Высшая ведьма

Я знала о том, что Элис Холл написала мемуары, с тех пор, как один ее из дальних родственников попытался опубликовать их и сделать на этом деньги. У него ничего не вышло, так как вмешалась семья Холлов, но после этого о мемуарах узнали все. Мистер Харт говорил, что пытался раздобыть их для меня. Не верится, что у него получилось.

Глаза щиплет от слез, и я прижимаю книгу к груди.

Мистер Харт лишь хотел, чтобы я полюбила магию, приняла ее. В груди у меня все сжимается, когда я понимаю, как разочаровала его.

И теперь я ненавижу свою магию еще больше. Если бы завтра наступило затмение, я бы тут же отдала ему всю силу до последней капли.

Чтобы ничего не осталось.

Сумрак запрыгивает на кровать. Поглаживая его по голове, я открываю первую страницу мемуаров Элис. Она сплетает воедино слова, которые будто бы взяла из моего сердца. Я в полной растерянности. Я словно читаю свои собственные мысли, и оттого чувствую себя беззащитной. Уязвимой.

Из-за магии высшей ведьмы мне кажется, что в моем теле вместо органов тяжелые механизмы.

С каждой сменой сезонов шестеренки начинают двигаться и скрежетать, скручивая мои органы все туже и туже. К тому времени, как механизмы встают на свое место и по телу разливается облегчение, время года снова сменяется. Я жажду стабильности и последовательности. Спокойствия и обыденности.

Я жажду, чтобы меня поняли.

Всю жизнь меня спрашивали, почему я так сильно меняюсь, и я уверилась, что при моем рождении что-то пошло не так. Эта уверенность поселилась постоянной болью в животе, которую никак нельзя унять.

Я бы все отдала, чтобы хоть на один день почувствовать себя нормальной и обычной.

У Элис все наладилось. В конечном итоге. Она посвятила всю жизнь своей магии, которую глубоко любила. Она чувствовала себя всемогущей и настоящей, когда мир подчинялся ее приказам.

Но она тоже жила в уединении. Я вздрагиваю, когда читаю, как она случайно убила трех ведьм и двоих теневых. Тогда-то она и отгородилась ото всех, чтобы никому не причинить вреда.

Она предпочла магию всему остальному, и на меня накатывает острое чувство одиночества, ведь я не люблю магию, как любила ее Элис. Мне кажется, что-то со мной не так.

«Я люблю магию сильнее и глубже, чем кого-либо, и она любит меня в ответ. Жертва велика, но и награда бесценна».

Я жутко злюсь от ее слов, но хуже того – я чувствую страшное одиночество. Как она могла любить то, что отняло у нее так много? Я хочу ее понять, но вряд ли смогу.