Жена наверху

Кажется, сказать тут больше нечего, но тут Крис бросает на меня быстрый взгляд.

– Она была чертовски привлекательной женщиной, – добавляет он, и я чувствую, как его распирает от вопросов.

Кто я такая, черт возьми, неужели это свидание, неужели Эдди всерьез собирается заменить Беа мной, этой бледнокожей некрасивой девушкой, одетой в платье на размер больше необходимого?

– Да, – соглашается Эдди, и я жду, что он вот-вот меня представит.

Крис тоже этого ждет, но Эдди лишь с неловкой улыбкой крепко хлопает его по плечу.

– Увидимся, – говорит он. – Передавай Бет привет от меня.

Пока мы идем по тротуару, меня осеняет, что с момента появления Криса, с той минуты, как имя Беа скользнуло между нами подобно призраку, Эдди ни разу не взглянул на меня.

Он не предлагает проводить меня до машины.

И не целует на прощание.

– 8 —

Все в доме Ингрэма как будто ждет возвращения Бланш.

Появившись там следующим утром, я ощущаю себя грузной и заторможенной, вчерашнее неудачное свидание с Эдди тяжелым камнем сидит в груди.

Почему-то мне кажется, что нынешний день как нельзя лучше подходит для того, чтобы по просьбе Триппа прийти и собрать вещи Бланш.

Прошлым вечером надо мной витал призрак Беа, сегодня – Бланш.

Прошло уже несколько месяцев с момента ее исчезновения, но одна из сумочек все еще стоит на столе в прихожей. Там же кучка драгоценностей: змеится колье, беспорядочно свалены кольца. Я представляю, как Бланш возвращается домой после ужина в каком-нибудь ресторане, снимает все эти украшения, небрежно бросает их на широкое стеклянное основание лампы, скидывает с ног туфли прямо под стол.

Пара балеток в розовую клетку все еще лежит там. Бланш пропала в июле, и на ум приходит ее образ в подходящей по цвету блузке и белых капри. Местные женщины летом всегда походят на цветы, они словно яркие всполохи красок на фоне неистово зеленых лужаек и ослепительно голубого неба. Это так непохоже на моду восточных штатов, где прошло мое детство: там черный всегда был в почете. Здесь, кажется, даже на похоронах можно увидеть кого-нибудь в наряде сиреневого цвета, а невесты носят маково-красные свадебные платья.

Я никогда не пыталась взять ничего из вещей Триппа – поверьте, он бы заметил. В отличие от Эдди Трипп оставил все фотографии Бланш на виду. Я думаю, после ее смерти он даже добавил несколько снимков для всеобщего обозрения – похоже, все доступные поверхности забиты фотографиями в рамках.