Эхо Мертвого озера

Мне казалось, он присоединился к «Погибшим ангелам», потому что искал тех, кто поймет его горе и посочувствует.

– А почему он вдруг переключился на меня?

Сэм задумывается, барабаня пальцами по распечатке.

– Не знаю… Хочешь, наведу о нем справки? Может, что-то раскопаю…

– Почему бы и нет? И я тоже. Посмотрю, удастся ли нарыть что-то с помощью программ Джи Би. Но имей в виду, Сэм, – я тянусь через стол и сжимаю его ладонь, – никакого риска. Не стоит того.

Он смотрит мне в глаза серьезно, искренне.

– Я пойду на любой риск, чтобы защитить нашу семью.

 – Встает, поднимая с места и меня, подходит ближе и накрывает мою щеку ладонью. – Ты и дети для меня дороже всего.

Он целует меня – сначала сладко и влюбленно, потом все жарче. Я подумываю попросить его запереть дверь, чтобы мы могли продолжить, но тут на столе гудит телефон.

Я настроила звук так, чтобы у каждого из детей был свой сигнал, и сразу понимаю: это Ланни. Сэм знает, что я не могу проигнорировать дочь. Он отстраняется, я тянусь к телефону.

И издаю разочарованный стон, прочитав сообщение.

Ланни: что на ужин?

Сэм заглядывает через плечо и хихикает:

– Куда делись те старые добрые времена, когда твой яростный вопль был бы слышен даже в коридоре?

Я только качаю головой. Сэм прижимается губами к моему виску и шепчет на ухо:

– Закончим позже.

От такого обещания внутри у меня разливается предвкушающее тепло.

– Когда ты вернулся из магазина, Коннор еще не пришел?

– По-моему, нет.

Я разочарованно хмурюсь и бросаю взгляд на телефон.

Сын до сих пор не ответил на мое сообщение. Он всегда был хорошим, послушным ребенком, но в последнее время стал выходить за рамки дозволенного. Я понимаю, что в его возрасте нормально стремиться к самостоятельности, и пыталась дать определенную свободу, но мы не похожи на другие семьи. Угрозы в наш адрес слишком реальны.

– Напишу ему еще раз. – В моем голосе явное волнение.

Сэм уже достал свой телефон.

– Давай я напишу. Иногда он отвечает мне быстрее.

Это меня немного задевает, но он прав: Коннор все больше и больше привязывается к нему с тех пор, как Сэм заменил детям родного отца. Я стараюсь не обижаться. Все правильно. Коннору нужен отец, а Сэм – лучший из всех возможных: он хороший человек с крепким внутренним стержнем, хотя с виду это почти незаметно, и это восхищает меня. Смотрю, как Сэм отправляет сообщение. И, разумеется, через полминуты получает ответ.

– Что ж, он возвращается.

– Только не пешком.