Эхо Мертвого озера

 – Он уже многое пережил. Он справится.

– Знаю, – отвечаю ему. Мне тоже хочется быть уверенной, как Сэм. Все когда-нибудь достигают критической точки, когда все становится просто невыносимо. Мне ли не знать.

Сэм отстраняется и прижимает ладонь к моей щеке:

– Я знаю, ты хочешь помочь ему справиться с этим.

Мне удается выдавить подобие улыбки. Он видит меня насквозь.

– Конечно, хочу.

– Мне кажется, сейчас лучше дать ему время попробовать справиться самому.

– Ему же всего пятнадцать! Он еще почти ребенок, – протестую я.

– Коннор так не считает. И, боюсь, чем больше мы будем давить, тем сильнее он замкнется в себе. И тем меньше шансов, что обратится к нам, когда ему понадобится помощь.

Выслушивать это нелегко, но Сэм говорит дело. Пытаюсь понять, что подсказывает мне интуиция, но внутри полный бардак. Я не могу разделить, что хорошо для меня и что хорошо для Коннора. Такая неопределенность непривычна, и мне это не нравится.

– Наверное, ты прав, – соглашаюсь в конце концов.

– Подождем несколько дней, – предлагает Сэм. – Думаю, ему просто нужно дать время, чтобы разобраться в себе, а потом объяснить это нам. Или кому-то еще.

Вспоминаю маяк – как я падала с высоты и думала: мне конец. Мне было очень страшно: не за себя, а за детей – что будет с ними без меня. Я знала, что Сэм позаботится о них, и это утешало. Но все равно сомневалась, хорошо ли подготовила их к жизни.

Тогда я поняла, что не всегда смогу их защитить. В конце концов им придется научиться жить самим.

Поэтому в последние месяцы я заставляла себя давать детям больше свободы и самостоятельности, хотя инстинктивно была против. Поэтому разрешила Ланни отправиться на выходные в колледж на встречу будущих абитуриентов. Поэтому не мешала Коннору дружить с Кевином.

Может, я ошибалась. Может, они не готовы. Но как иначе они научатся жить самостоятельно?

Я не знаю правильный ответ и даже не уверена, есть ли он вообще. Интуиция, которой я всегда доверяла, теперь меня подводит.

– Если ты считаешь, что надо дать ему немного свободы…

– Да, считаю. – Он снова обнимает меня. – Мы пройдем через это вместе. Все будет хорошо. Обещаю.

* * *

Первый репортер звонит на домашний телефон сразу после десяти вечера. Я сижу на диване, не в силах заставить себя лечь спать, все еще потрясенная событиями сегодняшнего дня. Какая-то частичка меня подсказывает: нужно быть начеку, хоть я и не знаю почему.