Эхо Мертвого озера

Вы можете помочь в расследовании, но только работая с документами и файлами. Собственно, я рассчитывала, что вы проверите их аккаунты в соцсетях: вдруг что-то бросится в глаза… Вы в силу своего возраста можете заметить то, чего не заметили другие.

– То есть нас ждет отстойное унылое дерьмо, – ворчит Ви.

– Иногда именно отстойное унылое дерьмо помогает раскрыть дело, – парирую я.

* * *

Я забронировала два смежных номера в единственном в городке мотеле, чтобы Ви могла решить, хочет ли она спать на второй кровати в моем номере или в номере Коннора.

Она выбирает Коннора.

– Без обид, миз Пи, но ты старая и все такое. Я не хочу ложиться в восемь.

Я не напоминаю, что дома обычно ложусь как раз последней. Они уходят к себе смотреть телевизор, а я устраиваюсь на кровати с ноутбуком. Слушаю запись последней беседы и делаю пометки. Я перепроверю все файлы досье с предыдущими допросами, но вряд ли обнаружатся расхождения. Вообще наша главная надежда на то, что, посмотрев на дело свежим взглядом, мы сумеем обнаружить какие-то упущенные детали.

Шансов немного, но если это поможет найти Джульетту, оно того стоит.

Телефон гудит: сообщение от Ланни. Стремглав бросаюсь к мобильнику. Сегодня я написала дочери несколько раз, но получила только краткие ответы, что она добралась до кампуса и зарегистрировалась в приемной комиссии. Сейчас Ланни отправила сообщение с фотографией, на которой обнимает за плечи другую девушку. Дочь, как обычно, в черном, хотя на этот раз на ней не только черное.

Другая девушка – ее полная противоположность: вся с головы до ног в чем-то цветочно-пастельном.

Обычно при виде таких девушек Ланни закатывает глаза, но улыбка на лице дочери выглядит искренней.

Под снимком – подпись:

«Это моя соседка по комнате Хизер. Она потрясная. Два профильных предмета – психология и химия. Настоящая умница. Сегодня в одном таунхаусе вечеринка. Я собираюсь принимать выпивку от незнакомцев и напиваться до беспамятства. Пока!»

Я резко выпрямляюсь, сердце бешено колотится.

Уже собираюсь позвонить Ланни, когда приходит еще одно сообщение:

«Конечно, это просто шутка! Не волнуйся, я буду осторожна. Пока, люблю тебя!»

У меня руки чешутся ответить, что ей строго запрещается идти на вечеринку, но я знаю, что не могу. Ей почти восемнадцать – почти совершеннолетняя. Мне нужно научиться разрешить ей жить своей жизнью.

Хотя на самом деле мне хочется завернуть ее в пузырчатую пленку и оберегать от всего мира. И Коннора тоже.