Эхо Мертвого озера

И не волнуйся; высадив ее, я припарковался и обошел вокруг общежития, в котором она остановилась, а еще проехал мимо дома, в котором сегодня вечеринка. Вход в общежитие по карте, и на моих глазах никто не распахивал дверь для незнакомцев. К тому же в кампусе надежная система видеонаблюдения.

Я признательна Сэму за то, что в плане безопасности детей он параноик не меньше меня и просто зациклен на этом. Он правда стал для них настоящим отцом. Словно в подтверждение моих мыслей Сэм тут же спрашивает:

– А как Коннор?

– Трудно сказать, – честно отвечаю я.

 – Ведет себя так, будто ничего и не случилось. Но, по крайней мере, хоть какая-то передышка от журналюг. Коннору не придется волноваться, что они будут ломиться к нему в дверь и донимать вопросами.

– Он больше ничего не рассказывал про стрельбу?

– Ни словечка. Я так и не решила, надо ли заставлять его говорить об этом, или ждать, пока он сам будет готов.

В последние дни сын все больше отдаляется от меня, и я чувствую себя потерянной.

Ненавижу это чувство. Он словно становится чужим у меня на глазах.

Сэм на секунду задумывается, потом спрашивает:

– А что подсказывает твоя интуиция?

Я фыркаю:

– Без понятия. В последнее время я с ней не в ладах, иначе бы не разрешила Коннору водиться с Кевином.

– Не вини себя за Кевина, – говорит Сэм. – Никто из нас не мог это предвидеть.

– Знаю.

Звучит не слишком убедительно. На самом деле признаки были налицо: изменившееся поведение Коннора, его угрюмость.

Я списывала это на обычные подростковые издержки роста. Но было и то, чего я не замечала, – и это гложет меня больше всего. Если Коннор с Кевином ходили стрелять в лес, то, когда сын возвращался домой, от него должно было пахнуть порохом. А я должна была это заметить. И сразу понять: что-то не так.

Нельзя терять бдительность. Как раньше.

– Я помню себя подростком. И главное, что я запомнил: в этом возрасте всегда найдут способ получить желаемое.

Коннор – подросток. Он пытается понять, кто он и каково его место в мире. Если б ты стала на него давить, то еще больше оттолкнула бы его.

– Но я бы защитила его.

– Гвен, ты не сможешь защищать их вечно. Рано или поздно им придется научиться защищаться самим.

– И это говорит человек, только что предложивший следить за собственной дочерью на вечеринке…

Сэм смеется:

– Я не говорю, что отпускать детей легко или что я готов к этому.