Тёмный ручей

Полагаю, тут совсем не так уж плохо: в камине горит огонь, прогоняя осенний холод, диван большой и с виду удобный, как и кресла. Рядом с маленьким кухонным уголком стоит такой же маленький обеденный стол, всё ужасно аккуратное и чистое.

Из главной комнаты ведут три двери: в санузел (один-единственный, боже ты мой!) и в две маленьких спальни. Я швыряю свою сумку на первую же кровать, которая попадается мне на глаза, и падаю ничком рядом с сумкой. Делаю глубокий вдох.

Кровать пахнет сосной и чистым бельем, и я крепко обнимаю подушку.

По крайней мере, она такая, как нужно. В высшей степени.

– Эй, – говорит от двери Коннор. – А где буду спать я?

– А мне плевать, – бормочу я в подушку. – Я застолбила эту территорию под Атланту.

– Не будь такой с…

– Если ты назовешь меня так, как собрался, я напинаю тебе под зад, Коннор.

– Злюка, – произносит он вместо того, что намеревался сказать, и ругательство это звучит так по-детски, особенно будучи высказано тоном оскорбленной невинности, что я не могу удержаться от смеха.

 – Мне же нужно где-то спать.

– Ты займешь вторую комнату, – говорит мистер Эспарца, останавливаясь у него за спиной. Я бросаю на него быстрый взгляд и вижу, что он улыбается. – Та комната больше, но раз уж Ланни выбрала эту…

– Эй! – Я вскакиваю, но слишком поздно; Коннор уже вбегает во вторую комнату. Смотрю на мистера Эспарцу из-под завесы черных волос. – Это нечестно. – Он пожимает плечами. – Погодите… а где будете спать вы?

– На диване, – отвечает тот.

 – Все нормально, я привык и к худшему, а диван раскладывается в нормальную кровать.

Мистер Эспарца мыслит так же, как мама, которая всегда занимает самую ближнюю к двери комнату… чтобы оказаться между нами и тем, что может нам грозить.

– Надеюсь, вы не храпите, – фыркаю я.

– Ну да, храплю, – отзывается он. – Как целая лесопилка. Надеюсь, у тебя есть беруши.

Мне кажется, он шутит. Может быть. Не хочу спрашивать – на тот случай, если это не шутка.

Просто падаю обратно на кровать, словно застреленная в упор, и смотрю в потолок. Он совершенно никакой. Да и вся комната… не будем о грустном. Зато она чистая, и в ней приятно пахнет. У меня в сумке есть пара вещей, которые смогут придать этой комнате больше индивидуальности. А у Коннора целая куча книг. Может быть, я смогу спереть штуки три-четыре.

Мистер Эспарца разворачивается, и я вижу, что в главную комнату входит мама, а за ней – Сэм Кейд.