Тёмный ручей

Быть может, оказывал им какие-то услуги взамен?

Иметь дело с увлеченными, сумасшедшими троллями-психопатами – это одно. Иметь дело с теми, для кого охота на людей – просто работа… это может оказаться намного хуже.

– Арден, – я подаюсь вперед, стараясь выразить искренность и добрые намерения, – почему «Авессалом» обратился против вас?

Ее лицо искажает гримаса, она взмахивает рукой, указывая на свое тело.

– Они узнали. Многие из них ненавидят женщин. И все они ненавидят транссексуалок.

Все было замечательно, пока у меня был член. Когда у меня его не стало, они взъярились так, как будто я пыталась отрезать их собственные. Начали размещать посты обо мне. Я отбивалась. Когда это продолжилось, я скачала с сервера кучу их платежных документов и сказала, что, если они от меня не отвяжутся, я опубликую эти документы. Я думала, что это их остановит. – Арден отводит взгляд. – В тот день у меня в гостях была подруга. Я вышла, чтобы купить нам китайской еды. А когда вернулась, в моей квартире был пожар. Сгорело все здание, погибли семь человек.

– И… вы считаете, что это не было несчастным случаем, – говорю я. – Извините.

Она кивает, борясь с новым приступом слёз.

– На какое-то время они решили, что разделались со мной. Но я постоянно переезжала, искала места, где можно спрятаться. Одно хорошо – у меня есть картины, и специалисты из галереи искусства, которым я их показывала, сказали, что я очень хорошо пишу. Мне нужно продать эти картины и уехать в другую страну.

Может быть, в другом месте будет проще… Возможно, в Швеции.

– Те файлы, которые вы скачали, – говорю я. – Арден… они все еще у вас?

Я молюсь, чтобы она сказала «да», но Арден лишь печально смотрит на меня и качает головой.

– Файлы хранились на флешке. Она сгорела вместе со всем остальным. Теперь мне нечем сдерживать их, и я напугана до смерти. А вы, Гвен?

– Я тоже, – признаю?сь я. – Вы уверены, что не знаете ничего, способного помочь мне?

Арден раздумывает над этим.

Снимает со своих джинсов случайно прицепившийся рыжий волос и отпускает его, глядя, как тот падает в луче света.

– Я знаю одну вещь, – произносит она наконец. – Тот ублюдок, который больше всех доставал меня… я знаю, где он живет. Это было последнее, что я узнала перед тем, как меня напугали настолько, что я не стала копать дальше.

Смотрю на Сэма. Тот оборачивается к нам и кивает.