Тёмный ручей

О подвале охотничьей хижины Лэнсела Грэма в холмах над Стиллхауз-Лейк, где тот любовно воссоздал весь этот ужас.

Это место кажется мне таким же жутким.

Мы медленно спускаемся, осторожно ставя ноги на каждую следующую ступень. Сэм, вероятно, беспокоится о том, чтобы не производить шума, но меня куда больше тревожат возможные скрытые ловушки и растяжки. Это место пахнет смертью. Пахнет угрозой и расплатой.

– Стой, – шепчу я, когда Сэм делает последний шаг вниз. Он находится примерно в четырех футах от двери.

Останавливается, прислушивается и оглядывается на меня. Я неотрывно смотрю на стальную поверхность двери и медленно качаю головой: – Что-то не так. Не ходи.

– Гвен…

– Пожалуйста, Сэм. – Меня тошнит и трясет от болезненного желания убраться прочь. – Нам надо уходить. Сейчас же. Немедленно.

Я не экстрасенс, у меня нет ни капли каких-то сверхъестественных сил или способностей, но у меня есть инстинкты. Инстинкты, которые я игнорировала годами, живя с Мэлвином Ройялом. Мне следовало знать, что он делает, какой спектакль ужасов разыгрывается под моей крышей.

Но я не догадывалась. По крайней мере, сознательно.

Больше никогда. Я не знаю, что будет, если Сэм прикоснется к этой двери. Но чувствую, что делать этого нельзя. Теперь это задача ФБР, а не парочки взломщиков-любителей. Это место пахнет бедой, и мне кажется, будто за мной наблюдают.

Сэм соглашается с моим решением, и это неоценимый дар; я полагаю, большинство мужчин проигнорировали бы мои предупреждения и продолжили бы действовать по-своему.

В итоге мы почти добираемся до верхних ступеней, когда дверь у подножия лестницы с легким шорохом отворяется. До нас доносится тихий, почти неслышный щелчок.

Сэм останавливается. Я не знаю, что сейчас вылезет из-за этой двери, и не хочу знать. Хватаю Сэма за руку и бегу вперед – мимо полок, прочь из кладовки, – волоча его за собой.

Сэм едва минует дверной проем, когда что-то поднимает нас в воздух и с неистовой силой швыряет через всю комнату.

Я крестом вскидываю руки перед лицом и поджимаю колени к груди в инстинктивной попытке защитить голову и живот. Едва ощущаю, как меня ударяет о стену, и уж точно не чувствую, как падаю на пол. Просто вдруг оказываюсь лежащей на деревянных половицах и вижу, как комнату наполняет вспышка оранжевого света. Я не понимаю, что это такое. Ощущаю волну жара, а потом крыша вдруг уплывает куда-то вверх, как будто какой-то великан взял и снял ее, точно крышку с коробки.