Тёмный ручей

– Не вешай мне лапшу на уши, мама. Ради «ничего» ты не станешь вылезать из постели и выходить за дверь, чтобы кому-то позвонить.

Я вздыхаю. На галерее достаточно холодно, чтобы мое дыхание породило слабую струйку белого пара.

– Я беседовала с детективом Престером.

Вижу, как сжимаются ее пальцы, лежащие на перилах, и жалею, что не могу забрать у нее этот страх, это постоянное и всесокрушающее ощущение давления. Но – не могу. Ланни не хуже всех остальных знает, насколько опасна сейчас ситуация. Она знает почти все о своем отце.

И мне приходится полагаться на то, что в свои хрупкие почти пятнадцать лет она выдержит этот вес.

– А-а, – произносит моя дочь. – Это насчет него?

«Него» – ее отца, конечно же. Я отвечаю ей слабой улыбкой, надеясь хоть немного подбодрить.

– Пока никаких новостей. Вероятно, он уже далеко отсюда. На него охотятся. Большинство тех заключенных, вместе с которыми он бежал, уже схвачены. Скоро он снова окажется за решеткой.

– Ты в это не веришь.

Не верю.

Я не хочу лгать дочери, поэтому просто меняю тему.

– Тебе нужно снова лечь спать, солнышко. Мы выезжаем рано утром.

– Уже почти утро. Куда мы едем?

– Куда-нибудь в другое место.

– И так теперь будет всегда? – В ее голосе звучит тихая ярость. – Боже мой, мама, ты только и делаешь, что убегаешь. Мы не можем позволить ему так поступать с нами. Только не снова. Я не хочу убегать. Я хочу сражаться.

Хочет. Конечно же хочет. Ланни – отважная девочка, которая в возрасте всего лишь десяти лет была вынуждена узнать отвратительную правду о своем отце.

Неудивительно, что она все еще злится.

И она права.

Я поворачиваюсь к ней, и дочь изгибает шею, чтобы смотреть мне в лицо. Не отводя взгляда, говорю:

– Мы будем сражаться. Но завтра вы отправитесь в безопасное место, чтобы я могла свободно делать то, что должна сделать. И прежде, чем ты начнешь со мной спорить: мне нужно, чтобы ты осталась со своим братом и убедилась, что он под надежной защитой. Это твоя работа, Ланни.

Это твое сражение. Хорошо?

– Хорошо? Теперь ты хочешь скинуть нас на кого-то другого? Нет, я так не согласна! Пожалуйста, пусть это хотя бы будет не бабушка!

– Я думала, ты любишь свою бабушку…

– Я и люблю. Как бабушку. Ты хочешь, чтобы мы были в безопасности? Она не сможет защитить нас. Она никого не сможет защитить.

– Я собираюсь сделать так, чтобы ей и не пришлось никого защищать. Пока что ваш отец будет искать меня – это его первый приоритет.