Подкаст бывших

Мне понравился «Культурный конфликт».

– Да? – Надо отдать ему должное. Я не думала, что он на самом деле это сделает, но, судя по всему, он всегда скрупулезен в своей работе. – Какой выпуск ты прослушал?

Теперь его черед уставиться на меня.

– Все.

– Ты… что? – Вот этого я совсем не ожидала. – Все? Но их же больше пятидесяти.

– Пятьдесят семь. – Он немного робеет. – У меня было время.

– Хм. По всей видимости.

Я внимательно его изучаю, и меня охватывает странное чувство – не совсем гордость, хотя я действительно горжусь тем, что Доминику тоже понравился «Культурный конфликт».

Думаю, я тронута.

Доминик указывает жестом на экран своего компьютера.

– Можно мы, по крайней мере, согласимся, насколько это все нелепо?

– Замечание принято. Теперь нам нужно договориться, что мы – э-э-э, знаю, прозвучит чудовищно – начали флиртовать с первых же дней, когда ты начал работать здесь, и что наши отношения полностью сформировались ко второй или третьей неделе, хотя мы, очевидно, хранили их в тайне от коллектива.

Новый город, новая работа, новые отношения. Справишься со всем сразу?

– Видимо, придется, – говорит он. – А как выглядел флирт между нами?

– Я… понятия не имею, – говорю я, застигнутая врасплох этим вопросом. – А как… он обычно выглядит?

Он подпирает подбородок указательным и средним пальцем.

– Хм-м. Думаю, флирт – это не всегда сознательная штука, верно? Если это моя коллега, то я найду оправдание, чтобы подойти к ней и поговорить. Я буду шутить, попытаюсь ее развеселить.

Может быть, я прикоснусь к ней, но только в пределах дозволенного и если точно буду уверен, что она не возражает, а если возражает, то немедленно прекращу.

Я разыгрываю эту сцену у себя в голове. Доминик не просто вожделенно глазеет на девушку, а как бы случайно, робко улыбаясь, касается ее руки тыльной стороной своей ладони. Он кладет ей руку на плечо и говорит, что ему очень понравилась ее передача или репортаж. Я испытываю легкий соблазн попросить его пошутить.

Доминик Юн, флиртующий со своей гипотетической коллегой, – это не тот же Доминик Юн, которого я знала с октября.

– Ага, – говорю я. – И мне это, стало быть, понравилось. – Я прочищаю горло. – Как долго мы встречались?

– Три месяца, – говорит он так невозмутимо, словно уже все решил.

– Почему три?

– Меньше может со стороны показаться не слишком серьезным, а дольше не получается, так как я относительно недавно вернулся в Сиэтл.