Неповторимая ночь на острове

Наверное, потому, что Бьянка учащенно дышала и ее грудь соблазнительно вздымалась, а нежные губы так и манили к поцелуям. Лев нахмурился, не хватало еще увлечься этой женщиной. – Недалеко отсюда есть тихий бар, где нас никто не побеспокоит и где мы сможем обсудить нашу сделку.

Лев взял Бьянку за руку, сжал ее тонкие пальцы и почувствовал, что она колеблется.

– А… как насчет браслета?

Значит, она не доверяет ему.

– Он в надежном месте и останется там до тех пор, пока не будет выполнено наше соглашение.

Не говоря больше ни слова, Драгунов повернулся и направился к выходу из аукционного дома.

Когда двери распахнулись, он обнял Бьянку за плечи, притянув ее к себе. В это мгновение он понял, что ему нравится держать эту женщину в объятиях. Он чувствовал каждый ее шаг, каждый изгиб ее тела. Улица, уже погружавшаяся в сумерки, озарилась вспышками фотокамер. Лев удовлетворенно улыбнулся. О чем будут кричать заголовки газет? О самой высокой ставке этого года на аукционе или о появлении Бьянки Ди Сионе в компании русского миллиардера? Его устраивал любой вариант. Он провел Бьянку сквозь толпу и махнул рукой, подзывая такси.

Бьянка быстро скользнула на заднее сиденье, прячась от ярких вспышек. Она привыкла быть в центре внимания прессы, журналисты охотились за ней, сколько она себя помнила. Такой пристальный интерес к ее жизни не всегда был приятен, но Бьянка научилась мириться с этим и по возможности избегать.

Все еще не в состоянии поверить в происходящее, она бросила взгляд на Льва, сидевшего рядом.

Он был явно доволен тем, что его сфотографировали вместе с Бьянкой.

Столь близкое соседство с Драгуновым смущало Бьянку, она подавила желание отодвинуться от него подальше. Ее сердце колотилось, голова кружилась. Да что с ней такое?!

– Что ж, вот вас и сфотографировали как моего спутника. Что дальше, мистер Драгунов? Вы уже выбрали помолвочное кольцо? – язвительно поинтересовалась Бьянка.

Бьянку терзали противоречивые эмоции. Она испытывала одновременно страх от того, что не могла разобраться в своих чувствах к Драгунову, и злость на него из-за положения, в котором она очутилась благодаря ему.

– Вообще-то, да, выбрал.

Эти слова вырвали Бьянку из тягостного тумана размышлений. Она взглянула на своего спутника. Золотые лучи вечернего солнца мягко озаряли его лицо, словно высеченное из гранита. Бьянке казалось, что его энергия и сила пропитали сам воздух, которым она дышала.

– И оно не фальшивое.

В Бьянке вспыхнула ярость.