Разрушенная

– Что я провалила твое маленькое задание? Не справилась даже с примитивным планом действий?

– Не провалила, – покачал головой я. – Ты хотя бы попыталась, а это уже считается. Тебе нужно учиться выходить из зоны комфорта.

С выражением злости на лице она втянула носом воздух, резко встала и схватила сумку.

– Мне нужно идти.

– Сядь.

– Нет.

– Да сядь же. – Я снова поймал ее за руку, легким рывком усадил на место и больше не выпускал ее ладонь. Я чувствовал, как пульсирует вена у нее на запястье. Сбивчиво, нервно.

Зло. – Извиняться не буду.

– Не понимаю, о чем речь.

– Ты напоминаешь мне брата.

– Что?

– Он был в коме. Потом умер, – объяснил я, – от передозировки.

– Вот оно что. Ну спасибо, – процедила Кирстен сквозь плотно сжатые зубы.

Я всегда гнал от себя тяжелые мысли о столь ранней трагической смерти брата.

– Всегда печальный, невероятно талантливый – в общем, потрясающий… Для меня он был самым родным человеком на свете. В нем сочеталось очень много несочетаемых качеств.

А ты… ты напоминаешь мне его. Сам не знаю почему, просто это так. Так что да, я немного более настойчив, чем следовало бы, но, думаю, ты с этим справишься. Скажи мне, что ты достаточно сильная, чтобы справиться с этим?

– Ты меня совсем не знаешь, – уверенно ответила она. Никогда не слышал, чтобы девушка что-то говорила с такой твердостью в голосе.

– Знаю.

– Нет. Не знаешь.

Я отпустил ее руку.

– Лучше, чем ты можешь себе представить. Понимаешь, я ничего не приукрашиваю, говорю так, как есть.

И я точно не собираюсь неделями терпеливо ждать подходящего момента, чтобы подкрасться и одним ударом расколоть панцирь, в котором ты прячешься от окружающего тебя мира. Я не такой. Может быть, я слишком давлю на тебя. Я понимаю. У меня ненормальные методы. Но меня действительно тянет к тебе. И, сказать по правде, я тебе тоже нужен.

– Да никто мне не нужен, – прошептала Кирстен таким тоном, как будто сама не верила в то, что сказала, не говоря уже о том, чтобы попытаться убедить в этом кого-нибудь еще.

– Нужен, – возразил я. – И я подожду, пока ты скажешь это мне сама, если это единственный способ заставить тебя саму поверить в это.

С этими словами я поднялся из-за стола и направился к выходу из столовой. Я продолжу писать письма. И подталкивать ее к активным действиям.

Если бы я мог спасти ее… У меня вырвался тяжелый вздох. Может, спасая ее, я словно еще раз попытался бы спасти брата. Тогда я не смог, но может сейчас получится.