Вокруг вселенной

Ощущение, что они находятся высоко над ней и падают прямо на ее поверхность, внезапно пришло к Табби. Сначала у него немного закружилась голова, но неприятное чувство вскоре прошло.

Почти час они сидели, праздно беседуя, в то время как светящаяся сфера под ними неуклонно увеличивалась в видимых размерах. Теперь они могли совершенно ясно различать даже ее темную часть, и ее выпуклость определялась безошибочно. Они находились на высоте не более 25 000 миль над ее поверхностью и слегка снижались в сторону северного полушария, когда сэр Исаак предложил Табби вымыть посуду после завтрака.

– Я буду спускаться сквозь атмосферу очень медленно, – сказал он. – Но все же я думаю, что мы будем там чуть больше, чем через час.

Табби поспешил на кухню, а сэр Исаак с карандашом и блокнотом в руках занял свое место за клавиатурой. Когда Табби наконец вернулся, в приборной было значительно темнее, чем раньше. Сэр Исаак, с зажженными двумя маленькими электрическими лампочками, все еще сидел за клавиатурой.

– Скажи, – возмущенно начал Табби, – солнце зашло за облако или что-то в этом роде.

Я еще не совсем закончил, но я не знаю, как зажечь свет.

Они уже вошли в атмосферу Венеры и столкнулись, по воле случая, с плотной грядой облаков – плотнее, чем любые облака в атмосфере Земли. Солнце, таким образом, скрылось, внутри транспортного средства стало совсем темно.

– Неважно, – сказал сэр Исаак. – Оставь это. Мы будем там очень скоро.

Табби нашел свою панаму, закатал рукава и, надев тонкую синюю куртку из саржи, сел, ожидая их приземления.

Какое-то время он не мог видеть ничего, кроме серого тумана в обоих окнах, затем, когда они прорвались сквозь облака, комната внезапно осветилась.

Сэр Исаак склонился над окном в полу, зовя Табби. Внизу, раскинувшись обширной панорамой, простирающейся до горизонта во всех направлениях, лежал пейзаж Венеры – леса зеленой растительности, тонкая серебристая лента воды, крошечные серые пятна, которые были городами и вдалеке гряда сине-зеленых гор с тяжелыми белыми массами облаков над ними.

И, как ни странно, благодаря знакомой оптической иллюзии, теперь это казалось вогнутой поверхностью, как будто они висели над центром огромной неглубокой чаши, а горизонт поднимался вверх, образуя ее круглый край.

– Боже мой! – воскликнул Табби. – Разве это не красиво? Прямо как в самолете, разве это не совершенство?

Сэр Исаак, беспокойно зависший между окном в полу и клавиатурой, был теперь чрезвычайно занят.