Эхо Антеора

То, что для тебя позади, для нас еще впереди, понимаешь? Каждый день может прийти кто-то и купить нас, но кто это будет? Будет ли он добр или жесток? Щедр или скуп? Мы этого не знаем, не выбираем свою судьбу.

Лу не могла понять, объяснялась ли ее неприязнь к собеседнице предметом их разговора, или же действительно в этой жалостливой речи сквозила некая фальшь. По крайней мере, теперь стало очевидно, с кем беседовала Нами, перед тем как погрязнуть в тревожных раздумьях о своем будущем.

– Рабы вообще ничего не выбирают, уж тем более свою судьбу, – отрезала Лу и развернулась, чтобы уйти, но Сати остановила ее, схватив за локоть.

– Ты права… но что, если появляется шанс?

– Хартис – твой шанс?

– Почему бы и нет? – Она приблизилась к ней почти вплотную, понизила голос и доверительно сказала: – Он хороший человек, и, думаю, я могла бы быть ему полезна… Поэтому ты просто намекни ему… Уверена, шен Хартис будет заинтересован.

Должно быть, ему одиноко. Я могла бы скрасить его дни. И, если надо, ночи…

Она вдруг подалась вперед и шепнула Лу на ухо:

– …Да и твои тоже.

Затем отступила на шаг, заливаясь хрустальным смехом.

– Я в долгу не останусь, поверь! Так что поговори с ним, ладно?

И, развернувшись, отправилась обратно в питомник. А Лу стояла и смотрела, как развевается на ветру ее воздушное платье, как она летящей походкой скользит по дорожке, подхватывая на ходу корзинку, как уже у дверей оборачивается и машет рукой.

Смотрела, и щеки у нее горели огнем. Ей вдруг совсем расхотелось возвращаться домой. Чтобы оттянуть время, всю дорогу она шла пешком и вела Дымку под уздцы, против воли прокручивая в голове эту недолгую беседу и раздраженно пиная камушки, попадавшиеся на пути.

По ожидавшей на улице повозке и группе скучающих у входа телохранителей и рабов Лу сразу поняла, что в лавке будет оживленно. Она отвела лошадь в стойло и зашла в дом со двора, тихо приблизилась к шторам с бусинами и осторожно выглянула сквозь них в торговый зал.

Она увидела стоящего спиной Хартиса, рядом – Фарида, толстого седовласого старца, торговца сладостями из соседнего магазина, а напротив них – клиенток, трех молодых аристократок с веерами в руках, драгоценными камнями в прическах и блестящими пайетками на платьях, подчеркивающих достоинства их стройных фигур.